Читаем Куртизанки полностью

2 октября 1762 г. парижский полицейский инспектор Сартин заносит в свой дневник, что граф дю Барри тайно забрал у некоей владелицы магазина модной одежды на рю Монмартр какую-то мадемуазель Трико, чтобы «соответствующим образом одеть ее и направить в хорошее воспитательное заведение, где из нее сделают будущую куртизанку, которую он потом, несомненно, сможет предложить какому-нибудь знатному господину, как он это уже делал с предыдущими».

Этот граф из окрестностей Тулузы, промотав свое состояние и свою молодость на родине, прибыл в Париж, чтобы попытать счастья здесь. Сначала он хотел стать дипломатом. Однако когда из этого ничего не вышло, он обратился к достаточно перспективной практической деятельности, а именно стал заниматься поставками для армии и заработал достаточно денег, чтобы опять иметь возможность удовлетворять свои низменные потребности. Наряду с этим, как отмечает Сартин, он стал поставщиком хорошеньких женщин богатым мужчинам. В одном игорном салоне на рю Бурбон, который держала некая мадам Дюкенуа, он познакомился с красивой девушкой, у которой было достаточно богатое прошлое и которая так ему понравилась, что он тотчас предложил ей место в своем гареме и обставил ее жилище с особой роскошью. Это он обычно делал только для избранных красавиц.

Это была родившаяся 19 августа 1743 г. в Вокулере внебрачная дочь некоей Анны Бекю, по прозвищу Кантина, которая после смерти своего любовника в Париже стала искать покровительства знакомого ей ранее богатого армейского интенданта Дюмонсо. Она стала его любовницей, и позже Дюмонсо отдал на воспитание маленькую Жанну другой своей любовнице Фредерике. Однако последняя учуяла в быстро расцветающей малышке будущую соперницу, и таким образом Жанна, опять-таки при посредничестве Дюмонсо, попала в монастырь Сент-Ор, куда за небольшую плату в 200 ливров принимали всех девушек, которые, происходя из приличных семей, подвергались опасности вступить на неправедный путь. Естественно, что малышке, познавшей у Фредерики другую жизнь, совершенно не понравились условия монастырской, с ее неумолимо строгими правилами, умерщвлением плоти, религиозным обучением и бесконечными заповедями, и она вернулась к Фредерике. Та, желая отделаться сразу и от матери, и от дочери, высказала Дюмонсо подозрение, что обе состоят в более чем странных отношениях с неким францисканцем Гамаром, и интендант тотчас выгнал обеих...

Жанна, которой было уже 15 лет, стала уличной торговкой и в этом качестве сделала свои первые шаги на любовном поприще. Некий граф Жанлис через несколько лет был немало озадачен, когда в очаровательной женщине, которой он был представлен в Версале, узнал маленькую уличную торговку, которую как-то слуга привел ему, чтобы часок поразвлечься...

Затем при посредничестве своего опекуна Гамара Жанна устроилась на службу в замке вдовы одного королевского откупщика, где она имела несчастье понравиться не только старой даме, но и ее юному сыну, так что начавшейся было идиллии скоро пришел конец. Ей пришлось вернуться в Париж, где она стала модисткой в ателье некоего господина Лабиля на рю Сент-Оноре. Естественно, что при ее красоте и молодости у нее завелось много поклонников. И даже очень известная в свое время сводня зачислила ее в самые перспективные протеже...

Затем ее мать, вышедшая к этому времени замуж за некоего господина Рансона, познакомила ее с Дюкенуа, где ее и нашел дю Барри, сделавший девушку одной из своих любовниц. И именно благодаря его влиянию из гризетки и модистки получилась «светская» дама. Эта прекрасная школа наилучшим образом отшлифовала ее, так что теперь она получила доступ в салоны, где проводили время ее более опытные коллеги.

Дю Барри был достаточно умен, чтобы понять, что в лице Жанны он владеет настоящим сокровищем, и он решил, как он это обычно делал, пустить его в оборот.

И что ему пришла в голову смелая мысль предложить девушку самому королю, не так уж удивительно. Говорят, он уже однажды во времена господства Помпадур хотел предложить в качестве любовницы дочь одного страсбургского водоноса. А когда верный камердинер короля Лебель обронил что-то насчет сифилиса, король тотчас отказался от красотки Доротеи.

На этот раз дю Барри открыто объявил фавориту короля Ришелье, что Жанна предназначается именно Его Величеству и что он именно тот человек, который готов отнести ее прямо в кровать короля, если для этого не найдется никого другого. Через некоторое время Ришелье ответил, что граф должен обратиться к Лебелю, может быть, малышка на денек и заинтересует короля... На этот раз Лебель с интересом выслушал дю Барри. Во время ужина у него на квартире Жанна, разгоряченная шампанским, вела себя совершенно раскрепощенно, в то время как король сначала тайно наблюдал за ней, затем приказал привести ее к себе и, после того как она отдалась и показала, на что способна, так влюбился в нее, что Лебель тотчас получил приказ найти ей подходящую партию для замужества и устроить все ее дела.