Читаем Куноичи (СИ) полностью

Часы показывали почти пять утра. Тен-Тен прошла в гардеробную, переоделась из пижамы в розовый плюшевый спортивный костюм, захватила кроссовки и направилась к лифту. Если уж ей повезло с чаем и вечерней традицией, то почему бы не возобновить ещё и бег по утрам. В последние годы жизни это было единственное время, когда деревню-город ещё не наводняли люди, и Тен-Тен могла побыть наедине с собой.

С собой Тен-Тен взяла только телефон, — неизменный атрибут техногенного мира, — карту-пропуск для отеля и резинку для волос. Пока лифт ехал вниз, Такахаши сделала пучок и убрала пожитки по карманам. Те предусмотрительно застёгивались, чтобы во время бега добро не растерялось.

В холле отеля её ждал Жан-Жак: собранный, невозмутимый, бодрый. Это было удивительно, потому что спать он лёг намного позже Тен-Тен, она была уверена. Вероятно, у мужчины была директива сопровождать Хлою, пока та пребывает в отеле.

Исполнительный. Такахаши это импонировало.

— Доброе утро. Почему бы не воспользоваться тренажёрным залом отеля?

— Хочу подышать свежим воздухом.

Мимические мышцы сократились, и Тен-Тен с умилением поняла, что Жан-Жан подавил зевок.

— Боюсь, не могу вас отпустить в одиночестве…

— Я договаривалась встретиться с другом.

Они с Лукой действительно договорились встретиться сегодняшним утром, до коллежа. Тен-Тен понятия не имела, учится ли парень, но вот она сама пока не собиралась прогуливать учебное заведение. И дело было не столько в законопослушности, сколько в нежелании привлекать внимание ещё больше.

К тому же, в коллеже был Адриан. Вот уж кто точно старается не пропустить ни одного урока. На памяти Тен-Тен это был единственный ребёнок, который получал столько удовольствия от процесса обучения.

— Не имею ни малейшего представления о личности этого молодого человека, так что вынужден настаивать на охране.

Судя по уголкам губ и лёгком прищуре, с Жан-Жаком было легче согласиться, чем пытаться отвязаться от соглядатаев. Тен-Тен деланно-беззаботно пожала плечами и закатила глаза.

— Бог мой, Жан-Поль, ты как наседка! Ну давай сюда свою охрану! Только никто из них всё равно за мной не угонится! Никто и ничто не помешает мне обрести фигуру мечты, ты слышал меня?

— Естественно. Не хотите ли выпить воды перед прогулкой?

— Пробежка, Жан-Клод, это про-беж-ка! Никакого гуляния, исключительно фитнес и подтянутые ягодицы!

Жан-Жак издал звук, который Тен-Тен классифицировала как смешок. Затем он переговорил с кем-то по рации, — быстро и, похоже, на каком-то птичьем языке, потому что слов оказалось практически не разобрать, — и кивнул девушке.

— Ваша охрана сейчас подойдёт.

— А что задерживается-то?

— Переодевается для пробежки.

Тен-Тен пожала плечами и уселась на кремовый диванчик в холле. Работники отеля с интересом поглядывали на неё и на Жан-Жака, но не приближались и даже не переговаривались. Каждый делал вид, что очень занят, но, помилуйте боги, какая работа может быть в отеле в пять утра? Это всё была лишь имитация бурной деятельности, не больше.

Разглядывая свои ногти, Тен-Тен думала. Ей нестерпимо хотелось вернуть себе хоть какое-то оружие. Сталь была частью её идентичности; не зря же Такахаши прозвали Стальным Ветром! Вот бы посмеялись её враги, если бы узнали, что теперь Тен-Тен не носит с собой не то что кунаев, но даже завалящих спиц: этот мир изобиловал арками, пищащими на железо, так что спокойно оружие с собой не пронесёшь. Даже в отеле была подобная защита, что уж говорить про другие общественные места.

Она так обрадовалась тому кухонному ножу! Чуть гнутое лезвие, сидящее на клею в дешёвой, некачественной деревянной ручке, казалось ей самым прекрасным из всего, что она видела за тот день. Она обожала оружие, любые его формы, любые виды. Сердце её было навечно подарено метательным звёздочкам и стальным спицам, которые можно было спрятать в складках одежды или в сложной причёске.

В этом мире о таком оставалось только мечтать. Здесь не любили оружие, говорили о нём с непонятным Тен-Тен презрением и косо посматривали даже на шест Кота Нуара. Зато йо-йо Ледибаг удостаивалось чуть ли не похвалы, как и весь тот мусор, что Маринетт использовала для победы над одержимыми.

Между прочим, это было несправедливо. Йо-йо Тен-Тен считала таким же оружием, как и шест. Возможно, даже опаснее, чем последний. Самой Такахаши не посчастливилось сражаться с настоящим боевым йо-йо, однако во время войны она мастерила одноразовые самоделки из лески и камней. Головы они расшибали ничем не хуже молотов.

А вот в руках Нуара был посох, который изначально использовался для проверки болот и путешествий. И кто из героев после этого опаснее?

И всё же, как интересно произошла подмена понятий! В этом мире посоху, — и вполне заслуженно, Тен-Тен не будет спорить, — подарили статус оружия, тогда как боевое йо-йо не воспринималось чем-то больше, чем игрушка для детей. Возвращаясь вчера в отель, Тен-Тен видела парочку сувенирных магазинов, где продавались копии йо-йо Ледибаг. Из пластмассы, но зато с очень неплохой нитью — такой и придушить можно, не особенно напрягаясь.