Читаем Куноичи (СИ) полностью

Эта четвёрка стала отличным источником информации. Не прилагая абсолютно никаких усилий, Тен-Тен за каких-то полчаса узнала о школьной жизни и вечерней съёмке фильма больше, чем могла бы сама. Не зря говорят, что болтуны — находка для шпионов.

Для ниндзя в этом конкретном случае.

И если перипетии школьной жизни не особенно интересовали Такахаши, то вот информация о фильме стала весьма полезной. Кинолента должна была отправиться на какой-то фестиваль, и это был большой шанс для Нино Ляифа, — того очкастого парня, друга Адриана, — чтобы показать себя. Причём Нино интересовала не столько его репутация как режиссёра, сколько звуковое сопровождение.

Нино Ляиф мечтал стать ди-джеем и изменить мир музыки.

Роли в детском кино были распределены, куцый инвентарь добыт или сшит. Маринетт, подруга Альи, оказалась дизайнером, так что вещевую часть инвентаря сделала собственноручно. Не очень много, потому что фестиваль кино этого не предусматривал. Однако девочка гордилась даже этим.

Вслушиваясь в обсуждения, Тен-Тен переплела пальцы перед лицом и уткнулась в них губами, скрывая нижнюю половину лица. За макияж она не переживала, потому что накрасила исключительно зону глаз. Сабрины рядом не было: на переменах собачка убегала в столовую то ли есть, то ли флиртовать. Хотя, возможно, она просто старалась не сидеть рядом с молчаливой Хлоей — для блондинки такое поведение было нехарактерно.

Итак, Тен-Тен узнала три мечты детства и слабые точки одноклассников. Маринетт любила дизайн и шитьё, Алья увлекалась супергероями и журналистикой, Нино жил музыкой. Адриан, мальчик с больными глазами и робкой улыбкой, вроде бы не увлекался ничем — но Тен-Тен, единожды столкнувшись с ним взглядами, точно была уверена, что у него есть не только секретики, но и какое-то увлечение, буквально заменяющее Агресту жизнь.

Отбери у каждого возможность заниматься своим делом — и будет четыре загубленных души. Очень просто, Тен-Тен просчитывала подобное автоматически: сломать пальцы Маринетт, проколоть барабанные перепонки Нино, раздробить колени Алье, закрыть в одиночестве Адриана. Немного подождать, не дать покончить с собой — и эти четверо сделают что угодно.

Полный слом личности. С гражданскими это проще всего сделать именно в подростковый период, когда гормоны пересиливают и разум, и сердце. Вот только новый мир не требовал подобных действий. И Тен-Тен надеялась, что не потребует.

Она очень не любила рушить чужие судьбы.

========== Глава 7. Фильм. ==========

Комментарий к Глава 7. Фильм.

Х

Алоха, друзья.

Хотя мне не нравится Маринетт (во что её превратил Астрюк), я не настроена против этого персонажа.

Я вообще не настроена против кого-либо. Имейте это в виду.

Приятного чтения

В мире шиноби Тен-Тен не особенно интересовалась кинопроизводством. Из-за особенности собственной карьеры девушке пришлось познавать актёрское мастерство, но, в общем-то, на этом понимание кино для Тен-Тен заканчивалось. Она не любила фильмы: слишком предсказуемые, слишком наивные, с дрянной игрой людей, которые сами не верили своим ролям и репликам. В итоге просмотр фильма с семьёй превращался в настоящее мучение.

Другое дело — просмотр кинолент с подругами-куноичи. Сакура, Ино, Темари, да даже мягкая и нежная убийца-Хината — все они понимали искреннее недоумение Тен-Тен и с охотой подхватывали её возмущение сюжетом. В кинотеатрах женщины так хохотали, что их нередко выгоняли прямо с сеанса. И это было потрясающе.

От детской попытки снять фильм Тен-Тен не ожидала ничего интересного. В принципе, она оказалась права: Нино больше думал о музыке и звуковом ряде картины, чем о сюжете; Маринетт волновалась о каждой мелочи и постоянно поправляла собственноручно сшитый реквизит; Адриан ощущал себя не в своей тарелке и то улыбался, то беспокойно хмурил брови.

Из всего класса вовлечены оказались человек шесть. Остальным, — и Хлое в том числе, — полагалось тихонько сидеть за партой и, видимо, восхищаться творящимся перед ними великим действом.

Проще говоря, Тен-Тен заскучала уже через пару неудачных дублей от горе-режиссёра. Не было ничего удивительного в том, что горе-актёры его не слушались.

Тен-Тен даже не могла сказать, кто играл хуже: пухляшка-Милен, боящаяся искусственной глуповатой маски; крепыш-Айван, изображающий монстра, который рычал с интересным грубым акцентом; или же моделька-Адриан, явно больше привыкший к статичным позам и застывшей мимике, чем к динамике и репликам. Тен-Тен наблюдала за тем, как недо-актёры сталкиваются, говорят невпопад, мешают друг другу и всё никак не могут войти в роль.

Ну, что с детей брать.

Помимо этой не-актёрской вакханалии, не стоило забывать о Маринетт, Алье, Нино и зрителях: едва Милен или Адриан ловили нужное настроение, как «подбадривающий» выкрик с задних парт тотчас рушил всю композицию на корню. Какая уж тут игра, когда в твою сторону орут что-то агрессивно-позитивное.