Читаем Кукольник [=Укротитель] полностью

— Слушайте! — бормотал он. — Он надругался над вами, и надо мной, ему долго всё сходило с рук. Остановите его! Заставьте, заставьте его прекратить это!..

Слабея, старик втянул струйку слюны, вытекшую из угла рта. Он быстро терял силы.

Мистер Бенедикт, потрясённый, повторял:

— Они ничего не могут мне сделать. Не могут. Я говорю вам, не могут.

— Вы, в могилах! — стонал старик. — Помогите мне! Сегодня, или завтра, или когда-нибудь, встаньте и уничтожьте это чудовище! — из глаз его полились слёзы.

— Глупо, — беззвучно проговорил мистер Бенедикт. — Вы умираете и несёте чушь. — Мистер Бенедикт едва мог шевелить губами.

— Восстаньте! — выкрикнул старик. — Выйдите из могил!

— Прекратите, — прошептал мистер Бенедикт, — я больше не могу…

Стало совсем темно. Старик постанывал, теряя последние силы. Вдруг он умиротворённо улыбнулся и сказал:

— Они достаточно натерпелись от вас, негодяй. Сегодня они сведут с вами счёты.

Старик умер.

Говорят, этой ночью на кладбище прогремел взрыв. Или даже несколько взрывов. Сверкали молнии, гудел колокол на колокольне, раскачивались памятники, неслись яростные стоны и проклятия, что-то взлетало в воздух. В покойницкой метались странные тени и огни, звенели бьющиеся стёкла, двери срывались с петель. А потом — выбежал мистер Бенедикт, и вдруг раздался жуткий крик…

И настала тишина.

Горожане пришли на кладбище на следующее утро. Они обошли и покойницкую, и часовню, и церковный дворик.

И не нашли там ничего, кроме крови, разлитой, разбрызганной всюду, сколько хватало взгляда, сколько небеса кровоточили всю ночь напролёт.

И никаких следов мистера Бенедикта.

— Где же он? — спрашивали горожане.

И сами же отвечали:

— Откуда нам знать?

Но они получили ответ.

В глубине кладбища, в густой тени деревьев, находились самые старые, стёртые надгробья. Солнечный свет, пробивавшийся через пышные кроны, казался неестественным, театральным, как гирлянда или иллюминация.

Они остановились у одного из старых надгробий.

— Смотрите! — воскликнул кто-то. Остальные склонились над старым, поросшем мохом камнем.

Свежая надпись — словно исцарапанная ногтями, чьими-то торопливыми, слабыми, но неистовыми пальцами:

— И сюда посмотрите! — крикнул другой. Все обернулись.

— На этом, и на этом, и на том! — он указывал ещё на несколько надгробий.

Они разбрелись по кладбищу, в ужасе вглядываясь в надписи.

На каждом из надгробий та же неистовая рука нацарапала «Мистер Бенедикт».

— Невозможно, — малодушно пробормотал кто-то. Не лежит же он во всех могилах!

Молчание затянулось. Люди исподлобья поглядывали друг на друга. Все ждали ответа. И онемевшими, непослушными губами один из них выговорил:

— А почему бы и нет?..