— Покупают, — женщина расплылась в улыбке. — Я подумываю о том, чтобы поставить витрину с шоколадными конфетами. Ты умница, моя девочка.

— Отлично! — Ани искренне обрадовалась, а хозяйка почему-то вздохнула.

— Думаю, я должна как-то наградить тебя, малышка. Все же это была твоя идея.

— Нет, что вы не надо… — но миссис Дудник покачала головой и выложила на столик десять золотых монет.

— Считай это премией за удачную идею.

Много. Просто неприлично много за всего лишь идею. Ани получала шесть монет оклада и еще от семи до одиннадцати набегало, как процент с выручки.

— Но…

— Бери, и хватит спорить, — отрезала хозяйка.

Соблазн был слишком велик. Десять монет в ее положении целое состояние. На эти деньги они с Лиаром при некоторой экономии смогут жить полтора месяца. Особенно, если все же найдут квартиру с кухней, где Ани сможет готовить.

— Спасибо, — она неловко сгребла подарок. В душе осталось неприятное чувство, что Ани этих денег не заработала.

— Значит, вы ищите работу? — продолжала миссис Дудник.

— Ищем. То есть, Лиар ищет, а мне запрещает. Говорит, что сам должен обеспечить свою семью, — грустно поделилась девушка.

— Какой правильный мальчик, — восхитилась женщина.

— Но его нигде не берут. И еще надо что-то решать с жильем. Лиар не хочет жить в Гарж-сайде.

— Могу его понять, — миссис Дудник усмехнулась, а потом задумалась. — Допивай чай, дитя. Тут я смогу вам помочь.

Глава 22

Домик находился с другой стороны реки, в глубине Лейтона, сразу за узким горбатым мостиком с романтичным названием Лунный мост. Здесь, в самом сердце студенческого квартала, улочки и переулки сплетались в причудливое кружево, выложенная брусчаткой мостовая куда лучше подходила для лошадей, чем автомобилей, а дома — невысокие и старинные, сохранившиеся с тех времен, когда понятия «типовая застройка» просто не существовало — тесно жались друг к другу, словно пытаясь согреться.

Район Лейтон-сквер хоть и относился к историческому центру, не считался среди столичных жителей престижным. Слишком неудобные и тесные улочки — не подъехать на машине. Слишком много каналов и мостов. Слишком тесные домишки и слишком близко друг к другу. Вроде и центр, но до больших улиц с моллами, синема-парками, офисами, развлечениями не так уж близко.

И даже благородный налет старины не искупал в глазах ценящих комфорт обывателей всех перечисленных недостатков.

Пару веков назад, когда Лейтон находился еще на окраине столице, его заселял только зарождающийся средний класс: лавочники, успешные ремесленники, стряпчие. За прошедшие годы Нью-Эбор вырос в пять раз, раскинулся широкими проспектами и магистралями, вздыбился небоскребами в районе сити, вспыхнул огнями Ривер-вей, оброс нищими дешевыми многоэтажками окраины.

А Лейтон-сквер так и остался островком, осколком прошлого. Почти в центре, но все же в стороне.

Ани влюбилась и в район, и в мостик, и в сам дом с первого взгляда. Невозможно было не влюбиться в увитые плющом стены, полукруглые мансардные окна, красную черепичную крышу и флюгер в форме бегущей лисы.

Вблизи ощущение уюта смазалось. Стало заметно, что плющ давно не подстригали, флюгер позеленел от времени, а медный оклад над дверью зияет дырой на месте вывески. Витрина на первом этаже была пустой и темной, на двери висела криво приколоченная табличка: «Закрыто». Не новый, но еще крепкий дом показался каким-то заброшенным и неухоженным. Словно мужчина средних лет, который после внезапного горя махнул на себя рукой.

— Здесь, что ли? — Лиар остановился, еще раз сверился с адресом и нахмурился. — Ты уверена, что нам именно сюда?

Ани горячо закивала.

— Миссис Дудник сказала, что после смерти дочери ее подруга закрыла кафе. Но сама живет в том же доме на втором этаже. Здесь должен быть другой вход.

Вход отыскался со стороны реки. Неприметная дверь, снабженная молотком в виде собаки, держащей в зубах кольцо. Тоже в прозелени, как будто к обитателям дома крайне редко заглядывали гости.

После рассказа миссис Дудник Ани ожидала, что владелица дома будет немолодой, но еще крепкой леди, вроде самой хозяйки цветочной лавки. Однако женщине, которая открыла дверь, вполне подошло бы и слово «старуха». Время не пощадило ее. Изрезало морщины, густо выбелило и без того светлые волосы. Недовольно поджатые губы придавали лицу брюзгливое выражение, а бледно-голубые глаза казались выцветшими и потухшими.

— Я ничего не покупаю! — заявила она, не дав Ани раскрыть рот. — Уходите!

И захлопнула дверь. Пришлось снова стучаться.

— Уходите, или я вызову полицию, — отозвался недовольный женский голос.

Лиар вздохнул.

— Может, действительно пойдем?

— Нет, погоди, — Ани снова постучала. — Миссис Хупер, пожалуйста! Мы от миссис Дудник! Она сказала, что вы сдаете комнату…

Дверь снова распахнулась, и женщина смерила потенциальных постояльцев колючим взглядом.

— Сдаю, — сдержанно отозвалась она. — Но не абы кому. Говоришь, вас прислала Летиция? — женщина покосилась на Лиара, разглядывая откровенно нечеловеческую внешность юноши со все большим подозрением.

— Он что — из этих? Рогатых?