Читаем Куколка полностью

Кафе-ресторан под названием «Тихий Омут» связывался в моем сознании с другой удивительной историей, от которой осталась память и затейливое золотое колечко, что я, рискуя прослыть овдовевшим оригиналом, носил на левом безымянном пальце руки. Почему — руки? На ногах колец не ношу, этим пусть молоденькие девушки развлекаются.

Когда-то я тут бывал относительно часто. Любил встречаться с заказчиками, проводил деловые переговоры и посиделки с редкими теперь приятелями. По пятницам тут полагался вечер живой музыки. Бывали приглашенные группы музыкантов, но чаще всего худенькая молоденькая исполнительница на маленькой сцене удивительно приятно солировала под аккомпанемент рояля, за которым трудился толстый и лысый дядька. С последнего раза мало что изменилось. Как назло опять был вечер, снова пятница и уже наступило время живой музыки. Даже исполнительница осталась прежней, лишь толстый аккомпаниатор куда-то пропал. Певица, по-моему, немного поправилась: прежние угловатости исчезли, и сейчас она выглядела вполне гармонично. На ней так же плотно сидели линялые рваные джинсы и черная майка с неразборчивым принтом. На голове — широкая соломенная шляпа полями вверх, в руках — акустическая гитара приправленная микрофоном. Девушка на эстраде тем временем пела старую бардовскую песню. Пела с душой, слегка хрипловатым голосом, но, в общем-то, вполне мелодично:

— На старой кобыле, с ослом в поводу

Я еду в Монтану, овечек веду.

С похмелья я грустный — башка как бидон,

В котором варили чертям самогон.

Осел мой в ярме, а кобыла в дерьме,

Протерлися старые джинсы на мне.

У кольта — веревкой привязанный ствол,

А шляпу сожрал ненасытный осел!..

Тут вдруг моментально вспомнилось, как в моей неспокойной геологической юности был такой друг, что любил переделывать чужие песни под свои геологические (а точнее — палеонтологические) надобности. Какие-то слова неожиданно менял, а какие-то оставлял, где были, на старых законных местах. После он исполнял скомпилированный текст скрипучим голосом под расстроенную гитару, огребал аплодисменты и имел массу поклонниц. По природной скромности своей, обычно забывал сообщать, что озвучивает переделку какого-нибудь известного барда. Народ же плагиата обычно не замечал, мягко офигевал и принимал за чистую монету. Времена были свободные от авторского права, диковатые, понятия копирайт никто не знал, и особенных проблем не возникало. Некому было обвинить моего приятеля в незаконном заимствовании.

Друг этот, что под гитару пел, к слову сказать, плохо кончил. После защиты диссертации внезапно бросил удачную работу в нефтегазовом институте и устроился рядовым методистом на станцию юннатов. Так с тех пор и водит школьников по экскурсиям, в паре школ ведет кружки художественной лепки и зарабатывает консультантом в каком-то музее. В поте лица добывает хлеб свой. Неплохо, говорят, в сумме зарабатывает, но крайне хлопотно, так что лучше не завидовать.

— В Америке чтой-то чегой-то не то:

Стреляют кудай-то, кто чем и во что.

Недавно у старого Джона — быка

Убили за то, что не дал молока…

Гости кафе слушали исполнительницу, а я радовался, что тут халявный вай-фай. Говорят, что посетители любого кафе, пользующиеся общественным вай-фаем, рискуют стать жертвами скрытого майнинга криптовалют. Ноутбук присутствующего неподалеку какого-нибудь ушлого жулика может тайно добывать цифровые токены и перенаправлять их мошеннику через ту же самую беспроводную сеть. Ну, да, такова селява. Все происходит без предупреждения пользователя, что его смартфон эксплуатируется в пользу третьих лиц, чьи действия вполне можно квалифицировать как мошеннические. Впрочем, так было уже давно, а вычислить таких злоумышленников довольно-таки затруднительно. Ничего странного нет: давно известно, сыр только в мышеловке бывает бесплатным.

— Но есть на Востоке большая Рашá —

Там жизнь удивительна и хороша:

Там строют чегой-то и чтой-то куют,

И джинсы в колхозах бесплатно дают!

Я Госдепартамент добром попрошу

И визу спрошу, чтоб поехать в Рашý,

И брошу Монтану, куплю пароход,

Поеду в Россию на Дальний Восток…

Публике такие песни явно пришлись по вкусу, а какая-то молодая полноватая дама даже снимала исполнение на телефон. Честно говоря, меня этот вокал интересовал слабо, я ждал обещанную информацию и пока помалкивал. Я слушал бойкую девушку в ковбойской шляпе и вспоминал, сколько же лет прошло с тех замечательных времен, что мы внимали нашему приятелю плагиатору-барду? Страшно подумать. Давно уже я не общаюсь с этим своим бывшим другом, раскидала нас жизнь, разметала смена приоритетов. Бывает, что доходят до меня скудные слухи от редких общих знакомых, да приходят сообщения с ЖЖ о том, что пользователь такой-то после длительного перерыва вывесил новое сообщение.

— На старой кобыле, с ослом в поводу

Я еду в Хабаровск, овечек веду.

Споем «Everybody» за новую жизнь,

Не надо, ребята, о прежнем тужить!