Читаем Куколка полностью

Куколка

– Вы слышали капитана. Выполняйте! – велела Юлия детям. – Можете говорить без дополнительного разрешения.

– Нужен архив координат, мнимая составляющая траектории на момент аварии, доступ к базам данных, технические параметры реактора, интегральный выход на внешние обзорники, модуль текущей скорости корабля, плотность излучений в этом секторе, галактический атлас… – бесцветным голосом начала перечислять Джессика.

– …схема корабля и его масса, – закончил Давид. – И сориентировать корабль так, чтобы продольная ось совпала с вектором движения.

Мальчик держался хорошо. Ему было больно, но он не хныкал и не жаловался. На замурзанных щеках виднелись две светлые дорожки. Уже высохшие. Бижан хмыкнул с уважительным одобрением. А барабанщик нырнул в голосферу, обеспечивая сбор данных.

– Готово, – отрапортовал он, вновь объявляясь в реальном мире. – Кроме ориентации «Нейрама». Это, капитан, ты уж сам…

– Приглядывай за ними.

Бижан занял место за пультом. «Нейрам» качнуло – компенсаторы инерции не работали. Звездная россыпь на обзорниках слегка повернулась. Трубач продолжил манипуляции, изменяя курс на крошечные доли градуса – и картинка на мониторах застыла.

– Есть ориентация. Работайте.

III

Джессика немедленно оказалась у пульта. Переключив режим эмитора, она уверенно отправила одну из рабочих голосфер брату. После чего забралась с ногами в кресло, притянула вторую сферу к себе и залезла внутрь почти целиком – живая иллюстрация к выражению «с головой уйти в работу».

Индикаторы на пульте взбодрились, замигав вдвое чаще.

В рубке объявился гитарист с «поножем» и аптечкой-диагностером. Давид, погрузившись в корабельный вирт, даже не вздрогнул, когда «йети» ножом разрезал ему штанину на пострадавшей ноге. Сканер аптечки присосался к распухшему колену.

– Перелома нет, – гитарист внимательно изучал мини-дисплей. – Ушиб мягких тканей, гематома и растяжение. Сейчас займемся.

Давид вздрогнул: кассетный инъектор впрыснул ему первый «коктейль» стимуляторов и регенерантов. Настала очередь «поножа». Аппарат загудел, меняя конфигурацию. Лючано зачарованно наблюдал, как металлопластовая конструкция втягивает лишние чешуйки, приноравливаясь к ноге мальчика. Минута – и «понож» зафиксировал пострадавшее колено, приступив к восстановительным процедурам.

– Молодец! – разогнулся гитарист, хрустнув поясницей. – Даже не пикнул. Эй, капитан! Что происходит?!

Сферы детей играли радужными бликами, колеблясь, словно мыльные пузыри.

– Это вирус! Ах вы, маленькие дряни…

– Прекратить! – рявкнул Бижан. – Ничего не предпринимать. Это гематры. Они так работают.

В голосе трубача не было особой уверенности.

«Пузыри» менялись, уплотняясь и приобретая вид орсанского стекла. Два стеклодува вертели их так и эдак, касались щипцами-невидимками, превращая в дивные сосуды – копии лиц близнецов. Бутылочные донца глаз, вздернутые носы, упрямые подбородки…

Свежая шишка на лбу у девочки: мутно-белая.

Лица детей пошли разноцветными полосами. В глубине роились буквы, цифры, иероглифы, пиктограммы… Значки складывались в замысловатые фигуры; те вращались по сложным орбитам, перетекая друг в друга. В «пузыре» Джессики возникали топологические модели. По их поверхности стройными колоннами ползли муравьи, спеша с добычей в родной муравейник. Давид оперировал набором многогранников, чьи фрагменты рывками проворачивались в поисках единственно верного положения.

Найдя же – на время застывали.

Сфера девочки вскипела вихрем. В ней образовалась крутящаяся воронка, всасывая значки в себя. В сфере мальчика распахнулся черный бутон, до озноба похожий на разрыв пространства после выхода корабля из РПТ-маневра. Из бутона потоком хлестали буквы и цифры. За пять-шесть секунд первая сфера опустела, а во второй сформировался шар, вертясь с бешеной скоростью. Шар стремительно уменьшался в размерах.

«Так, наверное, рождаются микроколлапсары! – встревожился Лючано. – Только „черной дыры“ нам не хватало…»

Шар схлопнулся в точку и исчез. Обе сферы погасли. Дети лежали в креслах без движения.

– Давид! Джессика!

– Мы все сделали, – чуть слышно прошептала девочка. – Мы нуждаемся в отдыхе. Мы еще маленькие. Извините.

И закрыла глаза.

К детям подскочил гитарист с аптечкой-диагностером. Хоботок анализатора качнулся к близнецам.

– Спят. Упадок сил. Ладно, пусть спят…

Он откатил кресла с гематрами в угол и присел на корточки, настраивая аптечку. Трубач с барабанщиком, забыв о пленниках, сунулись к пульту.

– Засечки?

– Есть засечки!

– Сетка поправок…

– Да это ж готовая матрица! Бери и вводи!