Читаем Куколка полностью

Татьяна отрицательно покачала головой. Всегда после долгого откровения наступала стадия вопросов: к собеседнику, миру, судьбе или богу. По большей части, такие вопросы были риторическими, что спасало, но иногда приходилось как-то отвечать, чего Татьяна не любила. Поняв, что вопросительная часть началась, девушка пожелала отойти в туалет.

Она не без труда слезла с высокого стула, взяла сумочку и отправилась искать дамскую комнату. Танцпол наполнился людьми. Играла веселая мелодия на грани рэпа и рока. Это было странное, но танцевальное сочетание. Площадка сразу расширилась под увеличившуюся толпу танцующих. Пришлось пробираться сквозь плотную массу дрыгающихся тел. Татьяна старалась обойти танцпол по краешку, чтобы не угодить в эпицентр. Шла стремительно и ловко, пока не увидела своих подруг. Даша прыгала в куче со всеми в пьяном угаре. Вокруг нее вились два молодых человека, оба в вареных джинсах и в белых рубашках с клетчатыми жилетами. Рубашки у горла были распахнуты. Лица и шеи у всех троих лоснились от пота, но им было весело.

А потом Татьяна обомлела. У края танцующей толпы, возле недлинного ряда столиков, она увидела Вадима, целующегося с Лизой. Одну его руку занимал поднос с пустыми пивными кружками, а вторую – ведро с бутылкой от шампанского. Как только Лиза от него отстранилась, парня развернула к себе вторая близняшка и тоже поцеловала. У Татьяны чуть челюсть не выпала. Она не знала, что думать, а чувства забурлили в груди жгучим месивом, приправленные текилой. Вера целовала его долго, с жадностью и с явным намеком на продолжение. Татьяне было больно на это смотреть, но она впивалась в пару глазами.

Как только Вера отцепила от него пухлые губы, Вадим махнул кому-то головой и перед девушками возник второй парень, коренастый брюнет, в черном фартуке, тот самый коллега, что хлопал сегодня его по плечу. Он легким касанием приобнял девушек, улыбаясь нарочито, и увел в сторону от Вадима. Наконец, парень увидел Татьяну. Взгляд у него был не просто злой, а бешеный, красный от напряжения и метающий молнии. Головой он показал на выход. Девушка забыла, что хотела в туалет и, медленно кивнув, направилась к двери.

На улице веяло прохладой. Дул порывистый ветер, принося неведомо откуда не летний холод. У Татьяны пробежали мурашки по спине, ведь она ходила в ситцевом платье и босоножках. Ночное небо темнело негусто. Кое-где проглядывали тающие звезды. За Татьяной выбежали две девушки, обе потные, веселые, тяжело дышащие, отплясавшие не менее десяти песен подряд. На тротуаре возле бара стояло уже немало освежающихся. Многие курили и вели пьяные беседы.

Татьяна отошла подальше ото всех, чтобы дым сигарет не дул ей в лицо. Вскоре перед ней появился Вадим. На мятном поло образовалась дыра в районе живота. Фартук был в пятнах. Джинсы он носил все те же потертые. Татьяна догадалась, что это его рабочая форма. На ногах красовались разноцветные кроссовки для бега. В лицо она боялась ему смотреть, потому что каждой фиброй души чувствовала его негативную энергию. Вадим взял девушку под руку и завел за угол. Там было гораздо спокойнее. Только деревья над головой шумно шуршали ветками.

– Ты надо мной специально издеваешься? – громко, но еще не криком спросил парень, пытаясь поймать Татьянин взгляд, который она прятала в тротуарной плитке.

Он вставил в зубы сигарету и поджег кончик зажигалкой. На девушку поплыл серый вонючий дым. Она откашлялась.

– Прости за веник, я… – начала Татьяна, все еще не глядя на него. – Я растерялась… Мамы не должно было быть на репетиции.

– Да хер с ним с веником! – нервно вскричал Вадим и сделал глубокий вдох, а потом выдохнул клубы дыма в сторону, чтобы девушка им не дышала. – Даже хер с ним, что ты подруг своих сюда привела. Но они ебнутые на всю голову… Как ты, вообще, до такого додумалась?

– Что?! Я?! – возмутилась Татьяна и прижалась спиной к стене здания.

– Знаешь, как это неприятно?! – Вадим ее не слушал. – Когда тебя трогают против твоей воли, а ты ничего с этим даже сделать не можешь? Ты на что рассчитывала? Что я как кобель последний поведусь? Сбагрить меня на них решила? Типа не нужен, на-те, разбирайте!

– Да что ты такое говоришь? – в Татьяне вскипел гнев. – Неужели ты думаешь, что это я …? Ты дурак? Зачем мне это делать?

Она, наконец, посмотрела ему в глаза.

– Откуда мне знать, зачем тебе это? Однако ты посмотреть специально пришла.

– Я, вообще, в туалет шла. И случайно на вас наткнулась. Думаешь, мне приятно было на это смотреть? Я сама в шоке. Иду и вижу, как ты с кем-то целуешься. И сразу с двумя!

Они встретились глазами. Оба возмущались, злились и тяжело дышали. Татьяна чувствовала себя бурлящим вулканом, который очень долго копил в себе лаву и медленно просыпался. Все внутренности жгло и перемалывало. Но карий взгляд, долгий и открытый, втягивал в себя весь ее негатив, всю ее боль, все безмолвные страдания. Оставлял после себя гладкость и ровность. Охлаждал сильно бьющееся сердце. Татьяна успокоилась, так и не взорвавшись. В его глазах она тоже увидела зарождение вспышки, которая быстро угасла.