Читаем Куйбышев полностью

…Промышленность потянет за собой сельское хозяйство Сибири, развитие которого примет громадные размеры. Кроме производства комбайнов, в УКК необходимо развить производство и других сельскохозяйственных машин.

Челябинский тракторный завод является тоже детищем урало-кузнецкой проблемы. Для обслуживания комбината нужно поднять огромное количество целины, нужно обработать миллионы гектаров земли.

Но не только хлеб будет нужен трудовому населению Сибири и Урала; оно должно снабжаться и другими предметами потребления, в частности предметами потребления промышленного производства. Имеется постановление Центрального Комитета партии о том, чтобы на стыке Средней Азии и Сибири начать строительство целого ряда текстильных предприятий. Строительство этих предприятий во что бы то ни стало должно быть начато в 1932 году.

…Строительство УКК потребует миллиона людей для своего обслуживания. Для этих людей нужно создавать города; УКК — это не только металлургические заводы, шахты, но это и новые города, которые должны очень скоро вырасти.

…В любой другой стране такой замысел мог бы быть осуществлен в десятки, а может быть, и сотни лет. История нам не дала таких долгих сроков, да и характер у нас, большевиков, не такой: мы не можем долго ждать и топтаться на месте. Мы хотим эту проблему решить в несколько лет.

Неверно было бы думать, что это великое дело может быть обеспечено одним постановлением, одним приказом. Неверно представлять, что съезд постановил, Советское правительство приняло соответствующее решение — и дело сделано, дальше все пойдет самотеком… Только благодаря активности миллионов можно осуществить те темпы, которых мы достигли в истекшем году.

…На пороге пятилетки наш комсомол сыграл очень важную роль, став застрельщиком новых, коммунистических форм труда. И недаром комсомол награжден за это орденом Трудового Красного Знамени…

То, что урало-кузнецкая проблема также встретила со стороны комсомола поддержку, то, что комсомол взялся помочь партии и правительству в осуществлении этой великой идеи, — залог того, что и это дело будет проведено успешно.

…Нужно, чтобы комсомол со своей молодой дерзостью взялся за вскрытие существующих недостатков во всех областях, соприкасающихся с урало-кузнецкой проблемой. А недостатков этих много: плохо еще работают наши органы над планированием Урало-Кузнецкого комбината, плохо работают предприятия, снабжающие Урал… Там требуется огромное количество различного рода конструкций, оборудования и стройматериалов. Легкая промышленность… транспорт, работа таких учреждений, как «Центросоюз», органы коммунального управления, — все это должно быть повернуто в сторону Урало-Кузнецкого комбината, потому что сами по себе ни урало-кузнецкая металлургия, ни кузнецкий кокс, ни химия и т. д. не могут возникнуть. Они могут возникнуть только при мощном содействии промышленности всего Союза.

Этой ориентации до сих пор нет. Комсомол и «Комсомольская правда»… встретят огромные препятствия… Сплошь и рядом вы встретите просто непонимание урало-кузнецкой проблемы… Вы встретите подчас и саботаж…

Но я думаю, что для нашей коммунистической молодежи эта злоба и ненависть не будут препятствием, которое остановило бы их энтузиазм в деле осуществления воли партии и рабочего класса.

Молодежь! Все дружно в бой за Урало-Кузнецкий комбинат с уверенностью в том, что вы делаете великое социалистическое дело. Идите на ваши сторожевые посты, наблюдайте за тем, чтобы во всех учреждениях Советской власти и общественности урало-кузнецкая проблема, предрешенная XVI съездом партии, заняла должное место!

Вперед в бой!»

Есть, поставлены несколько вешек — знаков путеводных. От июня тридцать первого года до ноября тридцать четвертого. От первого обмена мнениями на заседании Политбюро до утверждения второго пятилетнего плана развития страны высшей законодательной властью — Центральным Исполнительным Комитетом Союза ССР. А там после ноября остаются Валериану Куйбышеву два неполных месяца.

Никто заранее не догадывается. Никаких признаков. Ни за день, ни за час до смерти…

Так с июня тридцать первого года.

«Держат работа и люди прямо мертвой хваткой, не оставляя минуты спокойной», — признание близкому другу.

Уступка, вырванная родными. Вечерами Валериан Владимирович со своими ближайшими сотрудниками, в домашнем просторечье «пятилетчиками», перебирается из Госплана к себе в квартиру. В Кремле, в здании древнего Потешного дворца.

В памяти жены, сестер: «Всей шумной компанией поднимались по чугунной решетчатой лестнице. Из крохотной прихожей попадали в самую большую комнату — столовую. Мигом расчищался стол, вокруг него рассаживались и продолжали работу.

Откуда-то вдруг появлялся огромный, испускавший пар чайник. Желающие пили горячий и крепкий чай. Чайник честно трудился всю ночь…

Время от времени Валериан Владимирович прерывал работу, он любил помечтать вслух. Подойдет к окну, вглядывается в ночь… Потом пройдет по комнате, глаза его по-особому теплеют.