Читаем Куба. Страницы истории полностью

После подавления сопротивления на самой Кубе кубинские патриоты при поддержке своих собратьев из других латиноамериканских стран стали разрабатывать план вооруженной экспедиции на Кубу. Работа осуществлялась по двум основным направлениям — подготовка экспедиции в Мексике и координация усилий с президентом Колумбии Боливаром. В обоих случаях на пути осуществления планов кубинских патриотов встали Соединенные Штаты, уже в те годы показавшие свое истинное лицо — лицо противника ее независимости^{28}. В стремлении со временем овладеть островом США руководствовались не только своими торговыми и политическими интересами, но и главным образом опасением, что их может опередить основной соперник — Англия. Именно противоречия великих держав и их соперничество из-за Кубы явились одним из важнейших факторов, способствовавших сохранению на острове испанского колониального господства вплоть до конца XIX в.

К началу 30-х годов XIX в. деятельность патриотов, направленная на достижение островом независимости, несколько ослабевает. Одновременно предпринимаются попытки провести некоторые социально-экономические и политические преобразования. В области экономической поднимался вопрос о дальнейшей либерализации кубинской внешней торговли, в частности выдвигалось предложение сделать торговый обмен с Соединенными Штатами прямым, сократить дискриминационные пошлины, установленные Испанией. Политические лозунги сводились к требованию предоставления Кубе автономии, ликвидации чрезвычайных полномочий генерал-капитана, предоставления жителям острова тех же прав, которыми пользовались испанцы в метрополии. В социальных вопросах участники движения^{29} шли дальше своих предшественников: продолжая отстаивать рабство как таковое, они выступали против сохранения работорговли. Это объяснялось следующим: выражая интересы наиболее дальновидных плантаторов, они понимали, что с введением паровых двигателей в недалеком будущем на смену африканцу-невольнику придет наемный рабочий, способный справиться с новой техникой производства сахара. К тому же безудержный рост численности рабов на острове усиливал бы зависимость креолов от испанских властей, выступавших в качестве их оплота в случае мятежа невольников, и, что наиболее существенно, увеличивал саму возможность такого мятежа.

В связи со смертью Фердинанда VII (1833) у сторонников реформ появились некоторые надежды на их осуществление. Однако этот оптимизм вскоре развеялся: Испания направила генерал-капитаном на Кубу ультраконсерватора Мигеля Такона, считавшего, что только с помощью деспотической власти можно удержать за метрополией оставшиеся у нее колонии. Такой рассматривал кубинское население как единый лагерь врагов Испании; он перестал прислушиваться даже к голосу креольской верхушки. По его настоянию в 1837 г. был издан королевский указ, отменявший выборы депутатов от Кубы в кортесы.

Подобные меры вызвали заметное недовольство среди различных слоев населения острова. В провинции Орьенте вспыхнуло восстание под руководством генерала Мануэля Лоренсо. Первоначально его поддержали креольские плантаторы. Однако, боясь, что на борьбу поднимутся невольники, они отошли от восстания, которое продолжало приобретать размах. Только с помощью консулов США, Англии и Франции, заявивших, что восставшие нанесут ущерб собственности граждан этих стран на Кубе, и вызвавших в Сантьяго военные корабли, Талону удалось подавить выступление.

В 1843 г. подняли восстание невольники в одном из сахарных районов на территории нынешней провинции Матансас. К восставшим рабам, работавшим на сахарных плантациях, присоединились невольники, занятые на постройке железной дороги. Сопротивление рабов подавили регулярные войска. Это произошло уже в губернаторство генерал-капитана Л. О’Доннела, не только не уступавшего в жестокости Такону, но и превзошедшего его во время расправы, получившей название «эскалера» («лестница»)^{30}. В течение года были казнены или высланы из страны наиболее революционно настроенные представители свободных негров; многие либералы из среды белого населения также сосланы или заключены в тюрьму» Одним из результатов «эскалеры» явился указ от 31 мая 1844 г., предусматривавший дальнейшие ограничения передвижения невольников и более суровые меры наказания для тех из них, кто подозревался в «подрывных действиях».

«Эскалера» свидетельствовала, что еще не созрели условия для массового освободительного движения. Пожалуй, можно было говорить лишь об одном положительном результате выступления негров, подвергшихся репрессиям, — в 1845 г. испанское правительство издало закон, который хотя и не ликвидировал институт рабства, все-таки запрещал работорговлю. Правда, одна из статей закона оставляла определенную лазейку для работорговцев, ибо не разрешала принимать меры против ввоза контрабандой невольников на территории плантаций сахарного тростника или сахарных заводов.