Читаем Ктулху полностью

Как только глаза Блейка привыкли к полумраку, он тотчас заметил странные барельефы на загадочной шкатулке из желтого металла с откинутой крышкой. Приблизившись к ней, он попытался смахнуть пыль руками и платком… – изображенные на ней чудовищные существа казались живыми, но в них не было ничего человеческого, ничего общего с тварями, порожденными нашей планетой. Четырехдюймовый округлый объект оказался почти черным, с красными прожилками многогранником, образованным неправильными плоскостями, – это был или весьма необычный природный кристалл, или он был отполирован и огранен человеком. Он не прикасался к днищу шкатулки, а покоился на металлической ленте, у центра опиравшейся на семь странных ножек и протянувшейся от поверхности шкатулки ко всем ее углам. Сам же камень, оказавшись на ладони Блейка, произвел на него жуткое впечатление, странным образом схожее с восхищением. Он и не мог оторвать глаз от камня, и, глядя на его сверкающие поверхности, начал уже представлять за ними призрачные, начинающие образовываться чудесные миры. Разуму его представлялись шары чуждых планет с огромными каменными башнями… другие миры с титаническими сооружениями, но без признака жизни, и еще более отдаленные пространства, где лишь движение черноты выдавало присутствие разума и воли.

Поглядев в сторону, он заметил некую горку пыли в углу возле лестницы в шпиль. Вздымая пыль и раздвигая перед собой паутину, Блейк подошел к ней, уже на ходу заподозрив нечто мрачное в ее облике. Но рука и платок скоро выдали истину – Блейк охнул, не сдерживая сложной смеси нахлынувших чувств. Перед ним лежал скелет человека, и пребывал он здесь уже давно. Одежда истлела, но пуговицы и обрывки ткани говорили, что костюм прежде был серым. Уцелели и другие свидетельства – туфли, крупные пуговицы на манжетах, булавка прежних времен, значок репортера с названием старинной «Провиденс Телеграмм» и записная книжка в крошащемся кожаном переплете. Последнюю Блейк обследовал с повышенным тщанием и обнаружил несколько вышедших из употребления банкнот, целлулоидный календарик на 1893 год с объявлениями, несколько карточек с именем Эдвин М. Лиллибридж и листок бумаги с карандашными заметками.

В этой бумажке оказалось много загадочного, и Блейк внимательно прочитал ее в неярком свете западного окна. В несвязном тексте ее оказались фразы следующего содержания: