Читаем Кто проторил дорогу к пакту? полностью

Таких документов в конце 1938 – начале 1939 гг. было подготовлено немало. В их составлении участвовали не только и не столько представители НКВД, сколько представители пехотных и артиллерийских частей РККА, так как они и должны были составить основу гарнизонов УРов. И все они считали эти сооружения непригодными для ведения каких бы то ни было боев. И кто и как бы ни относился к этим свидетельствам, но никому не удастся уйти от признания того факта, что это действительно непосредственная констатация вредительства и саботажа со стороны военных. И вот как теперь прикажете относиться ко всему этому?! Если по порядку, то, во-первых, это означает, что заговор части высокопоставленных военных во главе с Тухачевским действительно существовал. И действительно им был разработан «План поражения СССР в войне с Германией». Потому что все свидетельства НКВД формально о невообразимом бардаке по состоянию на конец 1938 г. на самом деле есть прямые свидетельства о многолетней вредительско-подрывной деятельности справедливо расстрелянных в 1937 г. «стратегов» во главе с Тухачевским! Это их работа, потому как основные на тот момент приграничные военные округа длительное время возглавляли его подельники – Уборевич и Якир. Это именно под их руководством было устроено такое невообразимое вредительство. Кстати говоря, в «Плане поражения», который Тухачевский собственноручно изложил уже сидя на Лубянке, значительное внимание было уделено как раз уничтожению боеспособности УРов, созданию для противника возможностей для обхода или прорыва через УРы и т. д. Во-вторых, ничуть не лучше были и сменившие их командующие округами. В том числе и тот же Тимошенко, и тот же Жуков. Ни хрена ведь не сделали, даже и не попытались сделать что-либо для улучшения положения дел. Даже тогда, когда НКВД стало бить в набат. Ничего они не сделали и потом, когда стали соответственно наркомом обороны и начальником Генерального штаба. Но об этом чуть позже. В-третьих, в части, касающейся КОВО, персональную ответственность должен нести и проклятый недобиток-троцкист, потому как в его обязанности первого секретаря Украины входило следить за оборонными мероприятиями. Но он, так же, как и вояки, ни хрена не сделал, а до этого еще и покрывал Якира.

Все это к тому, что всеми этими делами заправляли Тухачевский, Уборевич, Якир и другие «невинно расстрелянные жертвы сталинизма». Короче говоря, к 1939 г. ситуация была, по сути дела, катастрофическая. И, не приведи, конечно, Господь Бог, но если вооруженное столкновение с нацистской Германией произошло бы в 1939 г., то ведь нашим войскам просто негде было бы обороняться.

Необходимо еще раз отметить, что вплоть до начала войны положение с УРами на «линии Сталина» не было исправлено. В результате уже в ходе боев начального периода гитлеровцы едва ли не до колики в животах обхохотались над этими УРами. 17 июля 1941 г. в штабе нашей 20-й армии был допрошен немецкий сапер лейтенант Бем, которого взяли в плен под Оршей. В ходе допроса он рассказал также следующее: «…Наша рота имела задачу блокировать бетонные укрепления на линии старой границы Советской России и их подрыв… Мы имели очень хорошую подготовку и готовились действовать в составе подвижных групп с танковыми войсками… Но мы не смогли выполнить свою задачу, так как вместо мощных линий укреплений, которые мы ожидали встретить… мы находили только разрозненные заброшенные бетонные сооружения, в некоторых местах недостроенные… Те огневые точки, которые встречали нас пулеметным огнем, мы легко обходили, используя неровности местности… Мы долго не могли поверить, что это та самая неприступная “линия границы”…»[410] Как видите, буквально в нескольких словах пленный фриц подтвердил справедливость выводов обследовавших УРы в конце 1938 г. комиссий НКВД.

Тем не менее до сих пор по страницам многих исследований о начале войны шастает идиотская байка о том, что-де по глупому указанию Сталина перед самой войной несокрушимая «линия Сталина» была взорвана, что, дескать, и послужило одной из причин не в меру резвого отступления РККА. А авторами этой, появившейся после 1956 г. байки были как раз те, кто строил это саботажное безобразие. Как, впрочем, и те, кто ничего не сделал для исправления варварского положения дел вплоть до начала войны. Но особенно те, кто во всей «красе» продемонстрировал свое «стратегическое искусство» летом 1941 года…

И вновь задам все тот же вопрос, только слегка видоизменю его. Мог ли Сталин, имея в 1939 г. перед собой, в частности, на Западном направлении, конкретно нацистский рейх, не считаться с плачевным состоянием УРов? Ответ только один – не мог! Так что даже с этой точки зрения мотивация подписания советско-германского договора о ненападении была оправданна. А сам договор стал огромным плюсом. Хотя и временным. Что сам Сталин отлично понимал.