По свидетельству П. Швейцера, «почти 200 крупнейших американских предприятий не только делились информацией с Управлением, но и служили прикрытием для агентов ЦРУ».

«Национальный отдел сбора – говорится в книге П. Швейера, – большое предприятие, располагавшее тридцатью конторами в крупнейших американских городах. Агенты устанавливали контакт с предприятиями, работающими за границей, и просили о сотрудничестве. Многих бизнесменов, помогающих Управлению, приглашали в Лэнгли на «совещание директоров». В 1984 году через семинары по вопросам разведки, проводимые небольшими группами в отделах ЦРУ, прошло почти 200 человек».

Как явствует из книги П. Швейцера, к числу подобных бизнесменов, являвшихся агентами ЦРУ, принадлежал и Д. Андреас. Поэтому есть все основания думать, что он тоже проинформировал Лэнгли о встрече с М. С. Горбачевым.

«Особенно хорошие информаторы, такие, как Джексон и Андреас, – пишет П. Швейцер, – по возвращении из Советского Союза писали рапорты и звонили по специальному номеру в Управление. У них появлялся курьер, рапорт запечатывался и доставлялся в Национальный отдел сбора. Как правило, бизнесмены получали от Кейси короткую записку с благодарностью. Особо важная информация передавалась Совету национальной безопасности и даже президенту»[2425].

Однако Д. Андреас был не только бизнесменом, сотрудничавшим с ЦРУ. Он являлся членом Бильдербергского клуба и за период с 1982 по 1996 г. не участвовал только в одном его заседании 1986 г.[2426] Но тогда получается, что посредником между администрацией президента США и М. С. Горбачевым выступал представитель элитной международной организации, пытающейся играть роль одного из мозговых центров современного мира.

Лондонские смотрины

15 декабря 1984 г. во главе парламентской делегации, «в состав которой входили Велихов, Замятин, Яковлев» М. С. Горбачев прилетел в Лондон [2427].

Как отмечали иностранные журналисты, Михаил Сергеевич «прибыл в Лондон в английском пальто, итальянской шляпе, элегантном сером костюме в сопровождении улыбающейся почти красивой и совершенно не толстой жены». С радостной улыбкой вступил на английскую землю и сам Михаил Сергеевич. Поэтому на страницах газеты «Таймс» он был любовно назван «улыбающимся медведем»[2428].

Сопровождать советскую делегацию британское правительство доверило уже упоминавшемуся члену парламента Джону Брауну, в связи с чем, как отмечал Д. Дэвидсон, «представители Стратеджик инвестмент провели много времени с Горбачевым и его женой»[2429].

Позднее Джон Браун не только подтвердил этот факт («в начале 1980-х годов, я был назначен для связи с членом советского Политбюро Михаилом Горбачева во время его первого официального визита на Запад (точнее, в Великобританию. – А. О.)», но и сообщил некоторые детали. В частности он заявил, что во время этого визита ему «стало очевидно, что г-н Горбачев будет следующим советским лидером» и его политика в отношении Запада будет «если и не доброжелательной, то, по крайней мере, не воинственной». По утверждению Д. Брауна, тогда это мнение «разделяли немногие». К числу этих немногих относилась М. Тэтчер»[2430].

В аэропорте советскую делегацию встречал спикер Палаты представителей Бернард Уэзерил (Weatheril) и некоторые другие официальные лица[2431].

В первый день визита, 15 декабря, М. С. Горбачев посетил Британский музей[2432]. Здесь советской делегации показали читальный зал, в котором занимался Карл Маркс (в своих воспоминаниях М. С. Горбачев именует его «мемориальной библиотекой К. Маркса»[2433]). После этой экскурсии будущий генсек произнес фразу, которую потом цитировали многие газеты: «Те, кому не нравится марксизм, должны предъявить претензии Британскому музею, ведь отсюда все пошло»[2434].

16-го Михаил Сергеевич встречался с М. Тэтчер в Букингемском дворце, а также посетил фирму Джон Браун (John Brown Engineering company)[2435].

Касаясь в своих мемуарах встречи с М. Тэтчер. М. С. Горбачев отмечает, что главный акцент в беседе в нею сделал на необходимости прекращения холодной войны[2436].

Визит М. С. Горбачева в офис компании «Джон Браун» был неслучайным. Как уже отмечалось, еще в 70-е годы, когда Михаил Сергеевич был первым секретарем Ставропольского крайкома, с английской фирмой «Контракшен Джон Браун» был заключен «крупный компенсационный контракт» «на поставку в СССР комплектного оборудования, технической документации и лицензий для производства полиэтилена низкого давления для Прикумского завода пластмасс в Буденовске»[2437].

Это значит, что, будучи первым секретарем Ставропольского крайкома, Михаил Сергеевич не только держал в поле зрения эту стройку, но и контактировал с представителями английской компании. В связи с этим следует вспомнить, что упомянутый контракт финансировал английский банк «Морган Гренфелл». В середине 80-х годов он занимал 10-е место среди британских банков и играл важную роль в финансовой империи Морганов[2438].