«Существует мнение, – пишет бывший начальник ПГУ КГБ СССР Л. В. Шебаршин, – что идея реформ, штаб реформы складывались в системе КГБ и разведки»[834]. Полностью разделяя это мнение, Л. В. Шебаршин отмечает: «Мы лучше, чем кто-либо, видели, что отставание Советского Союза от развитого мира не только не сокращается, но стремительно нарастает, и было совершенно очевидно, что полумеры… обречены на неудачу»[835].

Однако, как писал Г.Х. Шахназаров, «наивно» было бы представлять, «будто бы радикальные перемены у нас настолько созрели, что страна как женщина на исходе девятого месяца беременности должна была во чтобы то ни стало разрешиться ими»[836].

Но тогда, если следовать логике Г.Х. Шахназарова, получается, что «роды» были преждевременными и их стимулирование имело искусственный характер.

Последние дни Брежнева

Летом 1982 г. был обнаружен мертвым заведующий сектором милиции Отдела административных органов ЦК КПСС Альберт Иванов[837]. Как утверждает В. Калиниченко, смерть А. Иванова была связана с расследованием дела об убийстве Зои Федоровой. «И хотя официально все списали на самоубийство, – вспоминал он, – мне говорили, что это работа той пятерки ликвидаторов, которая действовала по личному указанию министра внутренних дел»[838].

Имеются сведения, что после смерти Альберта Иванова в его «служебном сейфе» «нашли проект решения ЦК КПСС о назначении его друга Чурбанова министром внутренних дел СССР»[839]. Это вовсе не означает, что над H.A. Щелоковым нависла угроза опалы. По свидетельству Л. Млечина, именно тогда появилась идея или назначить его заместителем председателя Совета Министров СССР[840], или избрать секретарем ЦК КПСС[841].

В связи с этим следует отметить, что с конца января, после смерти М.А. Суслова, куда-то исчез А.П. Кириленко. 25 апреля 1982 г. A.C. Черняев отметил в своем дневнике: «Кириленко уже три месяца не появляется»[842]. На этот факт в апреле 1982 г. обратили внимание и зарубежные средства массовой информации[843]. Как вспоминал секретарь Л.И. Брежнева О. Захаров, уже был поднят вопрос об отставке А.П. Кириленко, затем решили вернуться к нему после возвращения из отпусков – «в начале сентября»[844].

Л.И. Брежнев вышел из отпуска не ранее 2-го – не позднее 9 сентября[845]. Встретившись с А.П. Кириленко, он предложил ему уйти на отдых, но тот заупрямился. К делу подключили Ю.В. Андропова, и А.П. Кириленко сдался[846]. Во вторник 7 сентября он еще присутствовал на заседании Секретариата, в четверг 9 сентября Политбюро удовлетворило его заявление об уходе на пенсию по состоянию здоровье[847].

Так действительно появилась вакансия секретаря ЦК КПСС.

После того, как Л.И. Брежнев вернулся из отпуска, по Москве поползли слухи, один нелепее другого. Будто бы В.В. Федорчук возобновил «бриллиантовое дело» и пригласил Галину и Юрия Брежневых для допроса, будто бы 8 сентября Ю.В. Андропову доложили, что на 10 сентября запланирован его арест[848], будто бы 9 сентября состоялась встреча Ю.В. Андропова и В.В. Федорчука, после чего в ночь с 9 на 10 сентября Андропов вылетел за границу (Венгрия, ГДР, ЧССР), чтобы договориться о смене Л.И. Брежнева, будто бы 10 сентября 1982 г. Щелоков получил согласие Л.И. Брежнева на арест Ю.В. Андропова, однако последний якобы оказался в курсе этого и сумел предпринять контрмеры[849], будто бы 10 сентября на Кутузовском проспекте кто-то даже слышал стрельбу и в тот же день на два часа прервалась телефонная связь Москвы с другими городами[850].

Никаких доказательств эти слухи до сих пор не получили и вряд ли получат. Но они представляют интерес как показатель общественного настроения того времени. Показателем этого настроения был и появившийся тогда анекдот. Леонид Ильич выходит на трибуну, лезет в карман, достает бумажку, читает собственный некролог и произносит: «Опять пиджак Андропова надел».

Между тем, приняв решение об отставке А.П. Кириленко, Леонид Ильич отправился в Баку, где был с 24 по 27 сентября[851]. Официальная цель – вручение Азербайджану очередного ордена, неофициальная – встреча с первым секретарем ЦК КП Азербайджана Г. А. Алиевым, которого он намеревался пригласить в Москву на должность заместителя председателя Совета Министров СССР.

В четверг 9 сентября Ю.В. Андропов был на Старой площади[852], после чего ушел в отпуск, из которого вернулся в понедельник 18 октября[853], а когда на следующий день пришел на заседание Секретариата, обнаружил, что председательское кресло занимает К.У. Черненко[854].

«Кажется, 20 октября 1982 г., – вспоминал Г. Арбатов, – дня через два после возвращения Ю.В. Андропова из отпуска он поставил перед Брежневым вопрос о своем статусе ребром, после чего Л.И. сказал: «Ты – второй человек в партии и в стране. Исходи из этого»[855].