Читаем Крысиные гонки полностью

Владимир покрутил его в пальцах, потом сжал в ладони, так, что длинные ноги верблюда торчали вперёд из кулака, а голова вытарчивала вниз… Неплохо. Как кастет, и придраться трудно.

- Вовчик, у тебя где-нибудь цветная бумага есть? Ну, типа в какую подарки заворачивают? И ленточка? Пакетик? Давай. Нет, никому дарить не стану, сам поношу пока…

- Хочешь – баллончик дам?

- Не, не надо.

Вовчик снабдил друга и хорошим, ярким маленьким фонариком.

- Нафиг ты этот покупал, да ещё так дорого? Ты ж знал, что у меня с этим нормально. И с батарейками нормально, со сроком годности ещё в четыре года, а литиевые так и вообще... Но дорогие, чёрт! Они в основном не здесь, конечно. Вот, держи, этот хороший. Чего «спасибо», это тебе спасибо, ты же за заказы из Штатов деньги и не брал почти, вот и есть из чего выбирать. Знаешь, я на хороших вещах не экономлю, хотя и тут всегда можно взять вещь дешевле почти что без потери в качестве, что с фонариками, что с ножиками. Дорого брать Шурфайр и Бенчмейд - есть Феникс, Петцель, Бирд и Мора с Опинелем, наконец. А денежный вопрос относителен. Я вот ни олигарх ни разу, однако стараюсь брать хорошие вещи, пусть даже в конце месяца придется трескать пустую гречку на ужин.

ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕШЕНИЯ

Совещание у президента шло уже около часа, но до сих пор ни толковой оценки обстановки, ни дельных предложений не было, - время, как вода в песок, уходило на разбор текущих вопросов, перебранки между присутствующими и прочий неконструктив.

Президент нетерпеливо взглянул на часы. Всё это было нужно и важно - и вопрос с химикатами для водозабора, и вопиющий некомплект в правоохранительных органах, невыплаты зарплат и пенсий, галопирующая инфляция, и многое, многое другое  - но в соседней комнате ждали силовики, люди, из среды которых вышел он сам; там ждали решения ещё более важные, и – что уж греха таить, - привычные вопросы: нужно было планировать войсковую операцию для приведения к согласию ставших вдруг строптивыми регионов. Но именно потому что здесь было непривычно, многое непонятно, но явно очень важно – он и терпел эту говорильню, повторяя про себя, что ТЕПЕРЬ его сфера деятельности не ограничивается только армией.

Очевидно было и то, что вся эта говорильня происходит от значительной доли некомпетентности.

Они были очень разные, его соратники: кто-то сразу и с радостью принял новую власть, пришедшую в Мувск под грохот пулемётных очередей; кто-то переметнулся после длительной оценки обстановки и расклад политических сил; большинство же были просто чиновниками, хотя и работающими «по профилю», но второго-третьего эшелона: замы и начальники отделов, - бывших министров он вычистил сразу, опасаясь саботажа и предательства.

Кроме военных – он сам был из их среды и знал кому можно было доверять без оглядки; да ещё вот этот… Эта очкастая штатская рожа – директор некоего Экспертного Центра, как оказалось – владеющий всей полнотой информации и ходивший в негласных советниках у ещё прежнего президента. Этот – да, этот компетентен. Генерал Радионов ни раз уже убеждался, что его суждения безошибочны – но лучше бы он ошибался… да, лучше бы он ошибался и был вопиюще некомпетентен – хотя Эксперт был внешне сер и непримечателен, на совещаниях он выступал ярко, говорил образно, и обычно предсказывать такое… такое, что не сбывайся оно через некоторое время – его бы стоило расстрелять за паникёрство и измену. Но его «предсказания» сбывались, чёрт бы его побрал.

Потому и этот «министр без портфеля» сидел рядом, по правую руку, сейчас молча; и, как казалось, ехидно рассматривая препирающихся «министров» через толстые линзы очков.

«А ведь он линзы не носит, чтобы выражение его глаз было нечитаемо!» - подумал вдруг Радионов.

Странный тип. Опасный даже. Но нужный…

Да, сам он до сих пор не привык к тому что его называют «Господин Президент», как и к гражданскому костюму вместо формы. Да и какой он «президент»! Глава хунты, взявший власть, если говорить прямо. Ну и что что «там признали», ну и что что «единственная власть» - ни выборов, ни инаугурации, вступления в должность, всех этих милых сердцу либералов демократических фенечек. Но надо, надо…

Он хлопнул ладонью по столу, обрывая полемику.

- Так. Время идёт. – он строго оглядел присутствующих, - Кто-то может подняться над частными, узкими интересами своего ведомства и озвучить своё понимание общей обстановки?..

Наступила полная тишина. Только что азартно спорившие «министры» потупили взгляды в стоящие перед ними мониторы ноутбуков, как будто рассчитывали там прочесть что-то об этой самой обстановке – но на мониторах бесстрастно стояла заставки с государственным гербом. Только Эксперт продолжал буровить лицо Президента взглядом через стёкла очков.

- Так и думал. Итак. Озвучу я. Самое основное и болезненное что сейчас происходит – это остановка хозяйственной жизни страны. Да, как бы напыщенно это не звучало. Мы больше практически ничего не производим и не добываем, и, соответственно, ничего не продаём и не покупаем…

Он вновь обвёл молчащих министров строгим взглядом.