Читаем Крысиные гонки полностью

Вовчик был так настойчив, что Владимир и в самом деле решил остановиться на этом варианте: перебраться к нему в город. Как заверил тот, в городе работал водопровод и было электричество, как и открыты некоторые магазины («Ненадолго это, Вовка, точно тебе говорю, ненадолго, не верь ты этим сказкам про «Новую Администрацию» что сможет шестью хлебами накормить всех страждущих! Говорил ведь я, говорил! А ты не верил – а вот он, БП на подходе!») - Вовчик явно ликовал, что сбылись его мрачные, хотя и невнятные ожидания. Мама его полтора года назад, когда Владимир уже давно был в Америке, умерла, и Вовчик жил теперь в однокомнатной квартире один; так что стеснить кого-то Владимир не опасался.

Привыкнув быстро воплощать свои решения, он тут же попрощался с другом, заверив что прибудет в самом скором времени, и тогда Вовчик лично и наглядно всё расскажет и покажет. Собрался, сменив льняной костюм на практичную джинсовку, туфли на кроссовки, благо что размер ноги не увеличился; взял запас белья, на всякий случай плотную куртку-шотландку, посовал в огромную хозяйственную сумку-баул, с которой ездили по супермаркетам, остатки купленных вчера продуктов, фонарик, ещё всякие полезные мелочи; в отцовском кабинете из стенного тайника взял из пачек долларов и евро прилично денег, приклеив на каждую оставленную пачку по стикеру с отметкой о дате и взятой сумме – аккуратность в финансовых вопросах была не только перенята от отца, но и воспитана на начальном курсе финансового ВУЗа. Огляделся. Опп! А где семейные фотографии? Точно! Исчезли не только альбомы, но и стоявшая раньше у отца на столе в рамке общая их, ещё с мамой, фотография. Это показатель, да, это показатель! Чужим бы их семейные фотографии точно бы не нужны, стало быть взял кто-то свой – папа или сестра; стало быть они не внезапно и непостижимо где-то сгинули, а достаточно планово куда-то переместились. Это внушало надежду – раз. И два – исходя из этого ждать их в коттедже не было смысла. Скорее как смогут позвонят на мобильный; судя по вчерашнему звонку Нэнси мобильная связь временами ещё работает, хотя мобильник и отца, и Элеоноры устойчиво «вне зоны действия».

Воспрянув духом от таких мыслей, Владимир положил в настенный сейф лист бумаги с крупной надписью «Я приехал. Сейчас у Вовчика», - и телефон, и адрес Вовчика знали и отец, и сестра.

ВОВЧИК – ПЕЧАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Вовчик был несказанно рад. Он высмотрел его приезд из окна и выбежал встречать как только машина остановилась и Владимир открыл дверцу. Радостные вопли начитанного Вовчика «Барин! Из Америки! То есть из Моршанска!» сменились объятиями и гулкими хлопками по спине ладонями и в грудь кулаком, - причём сам Вовчик от попытки в ответ шарахнуть его в грудь предусмотрительно закрылся вытащенной из багажника шофёром Вовкиной сумкой, - получить в грудь увесистым кулаком друга ему явно не улыбалось.

Три года – не шутка! Сражённый таким явным проявлением дружеских чувств Владимир чуть не прослезился, - он всегда был несмотря на всевозможные победы и общую успешность несколько чувствительным и сентиментальным, - а Вовчик ликовал!

Он давно уже по разным признакам решил для себя что долгожданный БП вот-вот наступит, что наконец-то сбылись его давние ожидания, и, не будем стесняться этого, вожделения: вся старая действительность вот-вот осыпется как высохшая скульптура из мокрого речного песка под порывом урагана; и впереди новая действительность и новая жизнь, в которой он, конечно же, благодаря своей предусмотрительности и знаниям-умениям займёт подобающее ему место, - и место это будет не у чертёжной доски или монитора компьютера со скучными графами финансовой отчётности, а поболе, повыше!..