Вечером того же дня командир полка гвардии подполковник Иванов собрал в штабе весь лётный состав. Начальник штаба майор Черепов прочёл приказ Верховного главнокомандования уничтожить массированными ударами с воздуха вражескую авиационную технику, сосредоточенную в районе Орла. Командир полка добавил, что операция назначена командующим армией на следующий день. Истребители-гвардейцы прикроют штурмовую и бомбардировочную авиацию, которая нанесёт удар по разведанному накануне аэродрому на восточной окраине Орла.

– Добытые вами вчера сведения – отличны! – обратился полковник к Вячеславу. – Расшифровка ваших снимков дала очень ценные данные для штурмовиков и полностью вскрыла огневую систему обороны. Зенитчики удостаивали вас особым вниманием, завтра мы постараемся отблагодарить их тем же. Пойдём всем полком. Лейтенанту дорожка, так сказать, знакомая. У меня всё, товарищи офицеры, отдыхайте!

4

Весь следующий день, 8 июня 1943 года, лётчики провели в томительном ожидании. Время начала операции держалось в секрете, лётчикам было приказано «быть в готовности № 2», то есть не отходить от самолётов. За день Вячеслав раз десять просмотрел все узлы своей машины номер 16. Замполит майор Сидоров, прозванный «душа полка» за большую чуткость и справедливость, обходил замаскированные эскадрильи и говорил о предстоящем бое. Он рассказал, что бок о бок с русскими лётчиками в нынешней операции будет участвовать и французская добровольная воинская часть, эскадрилья «Нормандия». Она базируется неподалёку, на калужской земле, летает на наших Яках. Лётчики ещё не знают русского языка, в бою держат связь между собою и с землёй на французском языке.

– Учтите это обстоятельство в воздухе, товарищи. Кстати, к вашему сведению: немцы объявили личный состав «Нормандии» партизанами и отдали приказ – пленных французских лётчиков расстреливать на месте.

В обед молоденькая девушка-сержант из батальона аэродромного обслуживания привезла на лошадке термосы с горячим супом, котлетами и вкусным картофельным пюре, но еда что-то застревала в горле. Поковыряв ложкой в алюминиевой миске, Вячеслав улёгся на сухой мох около самолёта, в тени большой сосны. Мысли невольно возвращались к французским лётчикам. Верно, и они сейчас так же присматриваются к медлительным облачкам на горизонте…

Уже солнце зашло за вершины деревьев, и весь лес, насквозь пронизанный красным светом, пылал в зареве заката и войны, когда вдали, на вытянутой узкой прогалине, приспособленной под взлётную площадку, показался утыканный ветками командирский пикап. Из-под этих маскировочных веток блеснуло ветровое стекло. Хлопнула дверца, раздались громкие уверенные голоса:

– К выруливанию – готовьсь!

Это с КП вернулись командиры. Исполняющий обязанности комэска-3 капитан Почечуев бежит к самолётам. Ожила тихая лесная опушка. Техники торопливо убирают маскировку, лётчики пристёгиваются, проверяют давление масла, зарядку пушек…

– К запуску!

Первым загоготал командирский мотор, и тотчас воздух наполнился дробным всё заглушающим гулом. А вот и он, хвостатый метеор сигнальной ракеты!

По полю мчится истребитель комэска-1. За ним, крыло к крылу, взлетает его девятка. Следом, в хвост, поднимается в воздух вторая эскадрилья. Очередь взлетать третьей, и кудрявая сосна, под которой десяток минут назад Вячеслав лежал на мху, кажется ему сверху крошечной зелёной кляксой. В считанные секунды полк выстраивается в боевой порядок и ложится на заданный курс. Манёвры в воздухе гвардейцам удаются отлично. Крайними справа на правом фланге полка летят Вячеслав и его напарник Кудряшов.

На высоте четырёх тысяч метров истребители подходят к линии фронта. Часы показывают начало девятого. Люди земли уже проводили солнце 8 июня за горизонт, а здесь, с высоты, люди воздуха ещё видят это солнце над землёй. Его огромный диск красен, как светофор. У него тревожный, предостерегающий вид. Землю под самолётами начинает затягивать полупрозрачной вечерней дымкой. Перед самой линией фронта истребители подстраиваются к идущим ниже бомбардировщикам и штурмовикам. Темп полёта замедляется. Армада держит курс на Орёл.

Вот и передний край. Сейчас дьявольская кухня войны в жёлто-красном озарении заката, и привычная фронтовикам «пиротехника» боя кажется фантастической и нереальной. Идёт жаркая артиллерийская дуэль. Частые орудийные выстрелы кажутся чёрно-красными пунктирными чёрточками. Багрово вспыхивают разрывы мин. Отчётливо видны зигзаги траншей, косые ряды столбиков для проволочных заграждений, скрещения просёлков, изгиб реки Зуши. Лицо земли изрыто оспинами воронок. Авиабомбы и артиллерия начисто выпололи свежую летнюю растительность. Среди бурой искромсанной пустыни кое-где торчат, как обойные гвоздики на содранной ткани, колпачки дотов и капониров. Артиллерия смела и разрушила их былую маскировку. Поле битвы безлюдно. Всё живое укрыто в недрах Земли, спасительной стихии. А злая стихия Огонь силится вырвать, отнять у Геи-Земли её титанических, но неразумных детей!..