Читаем Крутой секс полностью

Удивительно, что Клещ почему-то ничего не сказал Потерянному про дверь под красными буквами, возле которой он оставил Котю и Чучу. И совершенно не вспомнил, что подобрал он их как раз возле белых «Жигулей». Очевидно, вдруг случился провал в памяти.

– Ладно, Петрович, – сказал он Потерянному. – Не нагревайся. Забудь пока и отдыхай.

В этот момент взгляд Потерянного обнаружил возвращающегося Костика с провожатым, и он действительно повеселел.

– Щас покажу, какое мне пацаны фуфло привезли. Гонит байки как ненормальный.

Андрей Алексеевич, прозванный Клещом, посмотрел на наглую физиономию ненормального совершенно равнодушно. Очевидно, знал о болезненном пристрастии Потерянного к разным-всяким придуркам.

Костик снова оказался под боком у Потерянного. Сеня претендовать на свое место, занятое Клещом, не стал.

– Ну что, Костик, – сообщил Потерянный, – ты видишь, кто к нам прибацал? Алексеич прибацал. Полный дизайн! Не страшно тебе?

Костику было нетрудно признаться, что страшно.

– Ну, ладно, – вдруг решил Потерянный. – В этой параше у меня психохондроз начинается! – Он посмотрел на часы, усыпанные крупными брильянтами, один из которых потерялся (А может, хозяина часов поэтому и прозвали Потерянным – просто из-за пропавшего бриллианта, а вовсе не потому, что мозги потерял? Знаете ведь, как у нас любят человека обвалять!). – Щас еще выпьем – и продолжим программу в другом месте.

Потом щелкнул пальцами.

– Ну-ка, кто там, пацаны! Дуньте по трубе Цыкихе, что мы к ней забуримся. Пусть все забамбурит в лучшем виде, чтоб было в натуре угарно!.. А эти, с гуслями, пусть сбацают на прощание что-нибудь в ритме секса.

Однако выяснилось, что гитарилы уже смылись. Вместо них мурлыкал почти человечий голос саксофона, а под него мурлыкала певица. Один из пацанов Потерянного что-то шепнул ей, и певица, мерцая блестками на платье не в такт музыке, послала Кириллу Петровичу воздушный поцелуй.

Потерянный искренне выразил восхищение:

– Нафиг, блин, вааще отпад в натуре, е-мое! – и тоже затянул в унисон певице отвратительным голосом: «Одинокий вечер мои обнял плечи!..»-но тут же прервался:

– Всё! Поехали! Сегодня будет крутой секс. А то, как сказал поэт: и скучно, и грустно, и некому морду набить.

– Мне, Петрович, пожалуй, пора домой… – смиренно сказал Костик.

– Ты что! Еще даже дети не спят! – возмутился Потерянный. – Да вдобавок ты вон сколько стопарей засадил! Зелени хватит – от ментов откупиться?

– Да я за руль не сяду! – бодро сказал Костик. – Доеду как-нибудь. Частника найму…

– Че? – выпучил глаза Потерянный. – Какой частник, ты че!

Он поискал глазами страшного Сеню и велел:

– Отвезешь фраера, куда скажет. До самой двери доставишь!.. Женат? – в упор спросил желтоглазый Костика.

– Да… – промямлил тот.

– Сдашь на руки жене, по’л? – велел Потерянный Сене. – С расписочкой, ге-ге!..

К его удивлению, Костик вдруг встрепенулся и замахал рукой.

– Стой, Петрович! Нет! Никуда не поеду!

– Как? – удивился желтоглазый. – А жена?

– Вот так! Остаюсь!

– Правильно! – одобрил Потерянный. – Бросай свой психохондроз. Сейчас самое интересное начнется. Помнишь? Кру-у… – протянул он, вытянув губы трубочкой.

– Помню, Петрович. Крутой секс.

– Во! Я знал, что ты парень не дурак! А жене, если хочешь, позвони. Мобилу дать?

Костик отшатнулся.

– Не буду. Ну ее!

– Вот это по-нашему! Слыхали? – обратился Потерянный к окружающим. – Так че мы здесь время теряем?.. Клещ, утопим вечер в шоколаде?

Андрей Алексеевич усмехнулся и приподнял одну бровь. Боже мой, как элегантно у него это получалось!

– Сегодня, Петрович, меня это не прет.

– Ну, кто не с нами, тот сам по себе, – с некоторой обидой сказал Потерянный. – А нас у Цыкихи давно ждут. Там, небось, уже полный дизайн!

Да, дорогие мои, это раньше человек стремился заслужить за свою недолгую земную жизнь место в раю, а теперь он хочет за эту же недолгую жизнь успеть вволю повеселиться. Впрочем, если кто-нибудь и осмелился бы напомнить Потерянному о рае небесном, то в ответ услышал бы что-нибудь, типа: а че, мол, там такого? Сплошной, небось, кисляк! Эти прибамбасы про праведников устарели, как Лев Толстой, а вот в аду точно клево: там тепло и все грешные девочки туда отправляются, по’л?..

– Давай стремянную – и по коням! – велел Потерянный, наливая себе и Костику.

Костик, которому не терпелось еще раз добраться до какого-нибудь неконтролируемого телефона и разведать о судьбе жены, быстро выпил свою порцию и скомандовал:

– Поехали скорей! Где этот самый… крутой секс?

– Молоток! – восхищенно сказал Потерянный и хлопнул его по плечу, а Костик вдруг хлопнул в ответ Потерянного.

За столом примолкли, выпучив глаза. Желтоглазый слегка задумался.

– Ну, ты горячий, как хрен собачий, – сказал он.

– Ты что себе позволяешь? В каком ауле тебя воспитывали, а?

Все ждали приговора. Но Потерянный неожиданно успокоился и провозгласил:

– Че насупились, шакалы? Полетели! Заливон какой-нибудь с собой возьмите.

Вот так всегда у нас: после второго стакана – трагедия, после пятого – фарс.