Читаем Крутой герой полностью

— Получается, что действительно ничего особенного для того, чтобы сотворить очередного персонажа не нужно?! Только ручка, да бумага, да пара тройка слушателей-читателей?! — поражался Андреа час спустя. Несмотря на душ и ароматный шампунь, щедро предоставленный Аней, от него всё еще шёл слабый запах солярки.

— Наверное… — растеряно повторяла она. — Я же не знаю, как это получается! Вот смотри: вот мои тетрадки, вот… Вот место, где я описываю Голди, видишь? Я же не знала, что она живая будет!

Ану-инэн, с которой хозяйка поделилась своей одеждой — само собой, что она пришлась точно впору, только усмехнулась.

— Но всё равно спасибо, — заметила сама Голди, отставив чашку с чаем, и с интересом читая указанное место. — Хотя, если честно, ты могла б мне волосы и вьющиеся сделать! Зачем вот тут зачеркивать было, а?

— А чтоб кудряшки за болты в танке не цеплялись, — кротко, но со скрытой подколкой произнесла Аня — всё-таки время от времени и внутреннее сходство с Ану-инэн у неё было заметно. Сама же Ану в это время листала другую тетрадь, и вдруг воскликнула:

— Опа! Анька, смотри сюда: ты говорила, что писать про все эти танковые развлекухи стала, потому что какие-то твои друзья этим развлекались, да?

— Ну да, я ж объясняла — это у них вроде игры такой.

— Хорошо. А кто тебе подсказал вот это место сообразить?

И Ану начала читать вслух:

«На другой день Голди вызвали в штаб. Там ей сказали, что пришёл новый приказ. Его привезли из главного штаба фронта. Императрица Наталия набирала себе Особо Верную Личную Гвардию из красивых и воинственных женщин. Ей предложили войти в неё, и она на это согласилась. Потом она поехала в казарму, и рассказала всё боевой подруге. Она сказала, что одну её не отпустит. И они пошли в штаб вместе».

— Ой, беда… — тихонько вздохнул Андреа, который вдруг осознал, что язык опостылевшего «внутреннего монолога» ещё не самое худшее, что может вложить творец в уста своему герою.

Аня предпочла не понять, о чём это он так печалится, и ответила только на вопрос:

— Да так, никто. Это ведь как бывает — пишешь, что в голову взбредёт. Вот, в голову взбрело, что появилась новая императрица.

— Ага! — понял мысль Ану Андреа. — А после этого вся эта История резко перестала тебе нравиться. И ты её бросила недописанной, а?

— Да… Ой!

Это «Ой» прозвучало очень по-Голдиному, но Аня этого, естественно, не заметила, и быстро заговорила дальше:

— Тогда получается, что Наталия сначала заставила меня ввести её как своего персонажа, а потом просто выперла меня из этого мира?! Да я сейчас… Ну-ка, дайте мне ручку, сейчас я напишу, что её бомбой убило!

— Не торопись, однако, — заметил робот. — Мне так думается, что если ты сейчас и допишешь что-то, так это будет не про уже существующую Наталию, а про ещё какую-то, заново придуманную, и ни в чём не виноватую. Ты уже не можешь сейчас зацепить её своей волей, потому что ты её даже представить себе не сможешь такой, какая она в действительности! Понимаешь — ты придумала Голди с Ану, и ты их вела. Тебе какой-нибудь твой партнёр по игре мог подробно описать своего героя, и ты бы могла подхватить его. Но когда персонаж набирает самостоятельные экспы, то мало какой Творец может так его описать, так представить себе, чтобы взять его в свою волю.

— Погодите! — вклинилась в речь робота Голди. — А если попробовать найти Создателя Наталии? Он-то её может взять под волю?

— Ты ж сама этого не хотела? — удивился Андреа. — Да и вряд ли с этого толк будет. Она же самостоятельная теперь… Я думаю, что даже нас теперь не так-то просто в какой-нибудь сценарий теперь засунуть. Это тех, у которых экспы поменьше, можно подцепить, что кстати Наталия с командой и делала там, в После-Факта. А меня, видишь, не смогли!

— Но всё-таки! Давай попробуем?

— Ну, давай, — всё же согласился Андреа, решив, что хуже от этого не будет. — Ану, попробуй, ты с этой штукой вроде уже насобачилась?

Ану-инэн вытащила переходник, а заодно и показала его Аньке.

— Я что-то такое видела… — заметила та. — Или слышала про такое… Нет, не помню. Вспомню — скажу.

Ану-инэн кивнула, и принялась работать. На этот раз процесс затянулся на гораздо большее время, и наконец Ану воскликнула:

— Ну ни фига себе! — и, не дожидаясь вопросов, пояснила: — Эта штука утверждает, что у такой конфетки, как Наталия, нет ярко выраженного Творца! Или их несколько разных было, но определить кто, программа не способна! И мира собственного у неё нет… Кто ж она такая-то?

— Киоси сказал — надсюжетный персонаж, — хмуро ответила Голди. — От сырости завелась, значит. Или из сексуальных фантазий какого-нибудь заведомо крутого, вроде Асва. Только что это меняет?

— Получается всё очень здорово, — заключила Ану. — И при этом очень хреново. Слушай, Ань, а если мы попросту здесь останемся?

— Сложно… К тому же, если я правильно поняла, существование персонажей в реальном мире отличается от существования реальных людей?

— Но-но, не очень-то! — предупредил робот. — Если я из систем, это ещё не значит, что я нереальный! И вообще, с чего ты это взяла?

Аня не обиделась, а объяснила: