Читаем Круги на воде полностью

В деревне все всех знают. Подозреваю, и в других деревнях по берегу - то же самое. Люди живут тесной общиной, и если бы кто-то свой покусился на ребёнка - его бы быстро вычислили.

- Запах, говоришь, чужой... - задумчиво повторил Алекс.

- Может, это для меня он чужой, - я пожал плечами, ощущая, как на спине ходит шрам.

Странно: другие повреждения, как кожных покровов, так и внутренних органов, заживали на мне без следа. И только этот шрам, полученный от когтя приснившегося василиска, никак не желал проходить.

- Надо Гришку звать, - решил шеф. - Авось, рассеет мои подозрения...

- У вас есть зацепка?

- Надеюсь, что нет, - помрачнел шеф. - Поверь, лучше пусть это педофил или ещё какой извращенец. Мы его выследим, поймаем и сдадим в полицию. Главное, чтобы он до этих пор не нанёс пацану непоправимую травму... И тогда всё будет хорошо. Извращенца ловить - это ведь милое дело, просто праздник какой-то. Главное, чтобы пацан не слишком испугался...

Шеф нёс околесицу: ну откуда в дикой северной глуши взяться педофилу? В любой деревне его бы вычислили на "раз" и судили по-своему, без всякого вмешательства полиции.

Но я стоял рядом, и с умным видом поддакивал. Потому что вдруг понял: Алекс по-настоящему обеспокоен. И пытается спрятать это своё беспокойство за нагромождением слов, за пустым сотрясением воздуха, потому что о том, о чём он догадывается, даже думать не хочет...

- Кстати, а почему мы здесь одни? - спросил я, прерывая поток сознания шефа. - Почему никто из селян не спешит хотя бы полюбопытствовать, отчего надрывалась воплем их односельчанка?

- Потому что кесарю - кесарево, - отбрил Алекс.

Я понял это так: жители Ненарадовки чётко видят разницу в обязанностях барина и своих собственных. Им, селянам, полагается пасти скот, сеять, обихаживать сады и другие угодья, растить детей и всячески способствовать процветанию деревни. Алексу же, как хозяину, вменяется охранять покой и безопасность вверенного объекта...

Давно замечал: в моменты опасности я начинаю мыслить рубленным военным канцеляритом. Происходит это от годами вдалбливаемой муштры и привычки переходить на краткий слог для сбережения времени.

Прерывая мои мысли, Алекс пронзительно свистнул. Через пару секунд на пустырь ворвался кудлатый пёс в пегих пятнах, и махнув хвостом в знак приветствия, без приказа опустил нос в траву. Вид у пса сделался задумчивый и сосредоточенный. Прикрыв глаза, он хмурил светлые пушистые брови, отчётливо шевелил влажной и чёрной мочкой носа, и что-то негромко как бы бормотал.

Сделав пару кругов, встал на след: сделал охотничью стойку, мордой указывая направление. Но затем вдруг сломался: заскулил, поджал хвост и рванул за угол сарая - туда же, куда Алекс увёл несчастную женщину. Вновь послышался чихающий, и в то же время очень влажный звук, и на пустырь выбежал Гришка, на ходу застёгивая ширинку потрёпанных, старинного покроя военных галифе.

- Не наш это, барин, - начал он сходу. - Хотя и местный.

- Из другой деревни? - быстро спросил шеф. - След взять сможешь?

- Да не, - махнул рукой враз посерьёзневший увалень. - Я на этом берегу всех по запаху знаю. Не из Ладожских он, клык даю. Но всё равно здешний... А след я возьму, не сумлевайтесь. Хотя и страшно.

- Почему страшно? - вкрадчиво спросил шеф.

- Нечистый это, - пояснил Гришка. - Оттого и запах узнать не могу: он словно здесь, и в то же время нет его. Дух в воздухе стоит, а трава не примята. Нечеловечий дух.

- Ладно, я тебя понял, - кивнул шеф и позвал за забор: - Кириллыч, подь сюды.

Когда показались староста с верным Векшей, Алекс начал командовать:

- Собирай людей. Ружья, топоры, косы, штыри, ломы - всё, что найдёте железного - с собой берите. Дробовики хорошо бы рублеными гвоздями зарядить.

- И чё, всех звать? - уточнил деловито староста.

- Чем больше, чем лучше. И не мешкайте. Гришка пусть след ищет, а ты не перекидывайся, народом руководи. Выйдете на лёжку - окружайте и стойте намертво. Втыкайте прямо в землю всё железо, что с собой притащите, как частокол, но внутрь не ходите, только из ружей цельтесь. Если правильно лёжку определите - выдаст он мальчонку, не сможет удержать. Но вы и тогда стойте, пока мы не подойдём...

- А что мы? - вопрос сорвался с языка, прежде чем я успел подумать.

Как по мне, логично было Алексу возглавить охоту, самолично выловить нечистого и обезвредить на радость сельчанам. И почему он этого не делает - хотя видно же, как волнуется! Я не понимал.

- А у нас с тобой другие дела найдутся, - отмахнулся Алекс. - Кириллыч, мой катерок всё ещё на месте?

- А куда ж ему деться? - староста развёл широкими, как лопаты, руками. - Пару раз тока Гринька батюшку с острова привозил: новорожденных окрестить, да старуху Авдотью отпеть... Не извольте беспокоиться, Алесан Сергеич: движок как часы ходит, в бачке топлива под горлышко, да под лавкой запасная канистра схоронена...

Староста тоже нервничал. Не хотелось ему в лес народ вести, ох, не хотелось. Но приказ барина - закон, его он тоже не нарушит. А вот время потянуть, чтобы в себя прийти, с мыслями собраться, это можно.