Читаем Круг зари полностью

Люблю тебя, мой город юный,ну что поделаешь —                               люблютвои зарницы ночью лунной,судьбу рабочую твою.Люблю тебя                  и в спорах длинныхо городах земли моейна самый гордый, самый дивныйне променяю — хоть убей!Не променяю, не оставлю,а поселю в заветный стихдо камня каждого и ставня,до малых черточек твоих.Прославлю все,                        где жил и вырос,где испытал себя огнем,где из дорог солдатских вынесвсе то,что Родиной зовем.Где домны с золотистым кантомвсегда видны издалека,стоят полночными атлантами,взвалив на плечи облака.Стоят высоко и послушнои разливают вечный жарв людские судьбы, жизни,                                       души,в глаза красивых горожан.

602-Й

Резчику лома Р. Зайнапову

В копровом цехе вечный кавардак,железо всех времен, мастей, обличий…То паровоз подкатится сюдас утробной паровою перекличкой.То подвезут бескрылый самолетв горячке отзвеневшего дюраля,то на вагоне катер приплывет…Всех под резак — и словно не бывали!Порой Степану чудилось, что онпалач вот этих горемык железных,не попусту коптивших небосклон,проживших век двужильно и полезно.Он опускал на землю бензорез,влезал наверх, откуда тишь стекала,и громыхал хозяйский интереспо мостикам ботинками Степана.В его обходе, ревностном и злом,рассерженно сминалось безразличье:— Труда-то сколько… И опять на слом!Но все же вскоре вспыхивала спичка.А бензорез врезался в кругляки,обшивку и натруженные скаты,и паровоз, напыщенный когда-то,валился от Степановой руки.Да мало ли таких со всей странылетят к нему, попыхивая рьяно?Им раньше явно не было цены,а нынче есть — и та не по карману.Дешевле вжать в тысячетонный прессуютные, обжитые кабиныи рычагов тридцатилетний блеск…— Ломай, Степан, работай — все едино!Так думал он размашисто, спроста,покуда к серым колоннадам цехана памяти тревожной не приехалособенный, приземистый состав.Откуда только понабрать смогли,спустя года, кореженных, побитых,машин военных, ржавых,                                      позабытыхв глубоких шрамах матушки-земли?..Степан присел у танка, закурил.Пробоины, заклиненная башня…И словно лбом ударясь в день вчерашний,на башенке он цифры отличил:602-й…            И дернулась рука,и налегла на воздух, как на тормоз.602-й в разорванных бокахпривез войною срезанную скорость.602-й…             И задохнулся он…Да! Там они… заклинены навечно…Он за бронею слышал каждый стони жаркое дыханье человечье.Он рвал броню упругим резаком,как будто вдруг из танковой утробыони шагнут светло и шлемолобо,сомнут войны погибельный закон.Гудело пламя, взламывая танк,томилось небо без дождя и вздоха…В копровом цехе вечный кавардак,в пролетах тесных                             стиснута                                           эпоха!
Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное