Аут. В космос и нирвану вылетели все. Никто не мог даже подумать что тупой блондинко знает такие слова даже умеет складывать слова во вполне осмысленные фразы.

Мужики начали переглядываться. Тысяча двести долларов в год, за то что бы собраться раз в месяц и подписать счета? Отличная работа! И приварок к семейному бюджету ой какой не маленький. Плюс тридцать процентов к годовому содержанию. И эта работа не временная, а на целых пять лет! Только в двадцать один год я смогу вести свои дела сам. Мэр встал.

— Парень. Нам надо посоветоваться. И еще один вопрос. Похороны отца.

Я моргнул и глянул на шерифа.

— Господин шериф. Задержитесь пожалуйста. Мне надо с вами приватно поговорить.

Народ сразу просек что разговор пойдет о заначке, и все раскланялись. Шериф опять сел на стул и улыбнувшись шепнул.

— Ну давай Стив. Я уверен, что надо отодвинуть стол в твоей комнате и там выпилен кусок плинтуса.

У меня глаза на лоб вылезли. Надеюсь я хорошо сыграл да и тут не Большой театр в конце концов.

— Эээ???!! Но как?!

Шериф расхохотался. Проржавшись и вытерев глаза платком он ответил.

— Я сам так прятал деньжата от отца и старшего брата. Это было всегда и так будет вовеки веков.

— Удивили. Но это так и есть. Там баночка из под конфет и в ней сто шестьдесят долларов.

— Хорошо. Я вечером доеду до ранчо и при свидетелях заберу твои деньги.

Шериф уже было начал вставать, но я его остановил.

— Это не все. Есть еще особые деньги, которые спрятал отец. Там десять тысяч долларов, сэр.

Шериф стал очень серьезным.

— Ты точно знаешь?

Распахиваю глаза.

— Конечно! Отец сам все показал и рассказал как открыть ящик.

— Понятно. Оформим в виде протокола. И мне придется сообщить о этих деньгах мистеру Плэкеру.

Сморщиваюсь.

— Может не надо?

— А протокол?

— А если без него? Ваши пятьсот, и мы забыли о вашем участии?

— Ты почему такой умный стал? Вернее не так. Ты почему роль придурка играл?

Неожиданно и в лоб спросил шериф. И при этом он был совершенно серьезным.

— Ммм? Отец, мистер Ханел. Он мне всегда говорил.

— « Стив! Хочешь завалить девчонку будь дурным быком. Умом девку не взять! Надо брать тупым напором сметающим все заборы».

Шериф улыбнулся.

— Ок Стив. Я верю. Сказать такое, только Майк мог. Ладно. Считай договорились. Рассказывай — где, как открыть и вечером получишь свои деньги.

Шериф хохотнул и добавил.

— И баночку для конфет тоже.

В следующий понедельник меня выписали. За неделю я стал полностью здоровым. Творог 25 центов за фунт. Орехи по 50 центов за фунт. Холодец из колена и голени коровы по 10 центов за фунт, восемьдесят центов за литр слабой бражки и плюсом я отдал пять долларов медсестре, и она варила мне вкуснятку с чесноком и перцем. За двенадцать долларов я провел качественное лечение. Спасибо Нейросети. Теперь по большим тратам. Пятьсот долларов шерифу за услугу. Не обманул, все до цента привез. Восемьдесят долларов уплатил в кассу больницы. Семьсот долларов я отдал на похороны и памятник. Фотографии мне показали. Гроб дорогой, памятник из мрамора. Все самое лучшее что могли предоставить гробовщики нашего города. Ну вот такие вот затраты и у меня на руках осталось восемь тысяч двести баксов. По факту? Я богатый парень. У меня на руках, денежное содержание за четыре года учителя в школе. Жить можно и даже нужно.

Ну и самое важное. С эмансипацией конечно облом. Судья Гарриман даже слушать не стал. Уставился поверх очков и высказался матерно и грубо. Все взрослые ржанули, поулыбались и пошли жить далее. А вот совет попечителей, Гарриман утвердил влет. И мне ежегодно нужно платить четыре тысячи восемьсот долларов денежного содержания для членов совета попечителей.

Крац! С неприятным скрежетом кусачки перекусили последний сантиметр гипсовой брони и с меня наконец то сняли ошейник. Я даже вздохнул на полную грудь.

— Так Стиф. Сейчас на рентген и сиди жди пока пленку проявят. Потом будем решать. Лечить дальше и можешь гулять как ветер в прерии.

Киваю головой.

— Конечно мистер Саливан. Я на улицу выйду.

— Там дождь.

— Я на крыльце. Воздухом подышу.

— Иди конечно. Под дождь не лезь. Нам еще воспаления легких не хватало.

Ворчливо буркнул док и кивнул рентгенологу.

— Билл?

— Нормально. Все в норме судя по приборам.

Билл махнул мне ладонью.

— Стив. Вставай сюда.

Пять минут и Билл вывел меня в коридор.

— Я в проявочную. Через два часа выдам снимок.

— Ок.

Буркнул док.

Глава первая. Жизнь как она есть

Если ваш план рассчитан на год — сажайте рис.

Если на десять лет — сажайте деревья.

Если на сто лет — воспитывайте детей.

Конфуций

Скрученное дерево живет своей жизнью, а правильное дерево уходит на доски.

Китайская пословица.