И будь я проклят, если это его «мой» не заставило шерри в моем рту на мгновение заледенеть, прежде чем продолжить свой путь к пищеводу. Тоже, артист. Мрачно, мощно, зловеще прозвучало это кратенькое словечко. Бесстрастное, умное лицо. Но тут же мне вспомнился другой Микеле Горгон, которого я видел в момент обнаружения «мадам». Это воспоминание меня существенно успокоило.

Глава 15

И снова смерть

В комнату ввалился Джо Горгон. Увидев меня, нахмурился. Конечно, его предупредили, кого он встретит у брата. На Карлтона он внимания не обратил, но бутылку виски заметил сразу. Прямо к ней и направился. Налил себе, опрокинул — все это без слов. Да, этот парень как раз по мне. С такими мне и иметь дело. Первая же фраза его — классическая, в моем понимании классики. Он глянул на брата и ткнул в меня через плечо большим пальцем:

— На кой он здесь? — И, не дожидаясь ответа: — Мы с Вильямсом уже наговорились сегодня. У меня для тебя словечко, Микеле. Для тебя одного. Бог…

Он прервал речь, снова налил себе стопку, снова выпил и уставился на брата. Поднял ладонь, чтобы хлопнуть по столу, но передумал, рухнул в кресло, скрестив ноги в позе спокойного отдыха. Лишь в позе: Джо Горгон — очень занятой человек.

— На кой он здесь?! — повторил Микеле Горгон. — Я тот же вопрос мог бы адресовать тебе, мой милый. Я пригласил мистера Вильямса в гости. Это больше, чем ты… — Он чуть помедлил. — В доме беспорядок… Так зачем ты пожаловал?

— С глазу на глаз. — Он снял левую ногу с правого колена и нагнулся вперед. — С глазу на глаз.

Мне как зрителю этот диалог пришелся по душе. Джо на Бродвее хорошо известен, но Микеле Горгон — темная лошадка.

— Понял. Я понял, Джозеф. Но ты забываешь, что на мне долг гостеприимства. — Он улыбнулся. Точнее, обозначил губами улыбку. Еще точнее, губы его слегка искривились каким-то неопределенным образом.

— Вильямс… Везде поспел! — Джо с натугой подался вперед, встал. — Черт, Майк, он отсюда не выйдет, его…

Руку с пистолета я, разумеется, не снимал. А теперь подумал, не вынуть ли его спокойным жестом, приличествующим светской беседе, не опустить ли непринужденно себе на колени. Но не вынул. Приложился к бокалу, понял, почему Джо предпочел виски. Нет, вино в полном порядке. Вероятно, прекрасное вино. Для вечеринки в саду с дамами, гирляндами и китайскими фонариками. Но для создания настроения его требовалось бы поглощать в нереальных количествах.

«Когда бандиты наглеют, честные люди осознают свой долг». Эту заповедь я трактую таким образом: палец на спусковой крючок! Иначе осознавать придется не самую приятную реальность.

Джо Горгон осекся. Нет, Микеле не издал ни звука, не изменился в лице, губы все так же указывали уголками неизвестно куда. Лишь зрачки его глаз сузились, как будто он долго всматривался в источник яркого света. Он запустил правую руку под стол, вытащил книгу и толкнул ее по полировке столешницы к Джо.

Джо рефлекторно вцепился в книгу. Бусинки его глаз внезапно превратились в спелые вишни. Он чуть за сердце не схватился:

— Мне? Во дает! Ага, вручить Вильямсу.

— Возможно. Надеюсь, что нет.

Микеле Горгон повернулся ко мне, а я скосил глаза на книгу в тисненой коже. Золотом светится название.

— «Легенды чащи», — прочитал я. — Натаниель Хоторн.

Я еще раз приложился к бокалу, взял книгу, раскрыл — она раскрылась на «Голове горгоны». Я ухмыльнулся:

— Значит, для меня.

— Надеюсь, что нет, — повторил доктор Горгон. — Очень надеюсь. Но мифы отражаются в реальности, история повторяется, Рэйс.

— Мне надо поговорить с тобой наедине, — завел Джо старую песню. Он опрокинул в глотку еще стопку. Брат, потягивая вино, неодобрительно созерцал бутылку.

— Джо, все, что ты хочешь сказать, спокойно можешь говорить при мистере Вильямсе.

— Нет, не все. Нет, не могу, — Спиртное делало свое дело. Он буравил брата взглядом. — Брось свои закидоны. Я Вильямса лучше понимаю, чем тебя. Он хоть впрямую говорит. А ты… Ты сидишь под готовым грохнуть Везувием и птичек слушаешь. Мне надо тебе сообщить…

Кажется, мой выход. Я сразу понял, зачем Джо побеспокоил брата среди ночи. Я видел реакцию Джо на мое выступление в «Золотой собаке». Повторить? Посмотреть, какое воздействие окажет эта реплика на Главного Горгона? Почему бы и нет?

— К чему споры? — вмешался я в разговор. — Я передал Джо кратенькое сообщение, он хочет передать его дальше. Я сберегу ваше время и сделаю это за него.

И, прежде чем Джо успел отреагировать, я произнес, стараясь звучать убедительнее:

— Дьявол раскован, доктор Горгон.

Джо реагировал еще более бурно, чем в ресторане. Его губы задрожали, лицо исказилось, он вытянул руку, схватил брата за плечо, ожидая, очевидно, что тот сейчас рухнет и начнет кататься по полу в истерике. Но Микеле вообще не реагировал.

— Занятно, — сказал он. И добавил: — И… что это значит?

— Ты что, не понял? — тряс его за плечо Джо. — Отупел?