Читаем Кровавый риск полностью

– Если люди Баглио впереди нас и за нами, – сказал Ширилло, – что мы будем делать тогда? – он сильно замедлил «мустанг», и, видимо, собирался совсем его остановить. Если бы он мог их здесь заморозить, остановить время, зафиксировать это мгновение, они не должны были бы встретиться с Баглио вообще; ничего бы плохого с ними не случилось. Для их первого серьёзного дела они показали себя достаточно неплохо, испытав почти полное поражение, но у всех есть предел. Он вспомнил своего брата, недели в госпитале, хромоту, и не хотел пройти через это. Такер теребил круги на рукоятке дробовика указательным пальцем и обдумывал, как ответить на вопрос парня. Его собственная реакция на неудачу отличалась от реакции Ширилло; его изобретательность возрастала, решительность усиливалась. Он сказал: «Я заметил второстепенные дороги, идущие с этой основной дороги. Мы, должно быть, проехали с дюжину их с того момента, как свернули со щебёночной дороги».

Ширилло быстро кивнул: «Я тоже их видел. Они были более узкими, чем эта, больше исполосованы колеями, чем эта, полностью поросли травой, и абсолютно не годятся ни для чего менее внушительного, чем «лэнд ровер».

– Я не имел в виду, что мы должны поехать по одной из них, – сказал Такер терпеливо. Ему не нравилось подобное проявление пессимизма от парня, но он это не прокомментировал. Лучшим способом заставить Ширилло изменить своё мнение была невозмутимость, подаваемая в качестве личного примера. Он сказал: «По крайней мере, мы сможем проехать милю или около того перед тем, как вынуждены будем пойти пешком».

– Мне это не нравится, – сказал Ширилло.

– Тебе больше понравится встретиться с заставами Баглио?

Ширилло не ответил.

Такер сказал: «Сейчас они знают, что у нас есть человек с пулемётом, и они не будут лезть снова на рожон».

Ширилло подумал секунду и сказал: «Почему бы нам просто не оставить машину здесь и не пойти через лес прочь от любых следов, которые они смогут разглядеть?»

– Потому что мы никогда не найдём правильный путь; мы заблудимся через десять минут. Пока мы снова не найдём эту гравийную дорогу, мы не будем знать, где мы находимся. Среди нас нет лесников.

– Вот же чёрт, – сказал Харрис, сжимая свой Томпсон крепче прежнего, он сдерживал пессимизм внутри себя, за маской стоического спокойствия, которая была не так хороша, как тщательно поддерживаемое внешнее состояние Такера. Подавленный вид Харриса не был следствием неопытности, как у Ширилло, но произрастал определённо оттого, что он находился слишком долго в этом бизнесе и оттого, что он был как никогда близок к получению больших денег. Он вспомнил тот короткий период времени, который провёл в тюрьме и знал, что в этот раз так не получится – в этот раз всё будет хуже, значительно хуже, и более неприятно. Баглио отправит его не за решётку, а в могилу.

– Ну, хорошо, – сказал Ширилло, смирившийся с худшим. – Но ты выбираешь дорогу, хорошо?

Сотней футов позже[28] Такер указал на узкий разрыв в практически сплошной стене из толстых сосновых стволов и сказал: «Вот эта, справа, похоже, направлена к особняку».

Ширилло свернул на невозможно узкую дорогу со всей осторожностью человека, который был совершенно уверен в том, что она обильно покрыта наземными минами. «Мустанг» вздохнул, скатился на сырую землю с толстым ковром сосновых иголок, рессоры запели невесело. Машина непослушно тряслась, прыгнула в грязную яму и из неё, издав лязгающий звук, когда придавила ежевику, траву и молочай, которые находились на пути, поехала медленнее, но, всё же, вперёд.

Они проехали в тишине более полутора миль[29] перед тем как компактная машина неожиданно не завязла в луже грязи и отказалась двигаться снова, даже когда Такер и Харрис пытались её потолкать.

Наконец, Ширилло заглушил двигатель и вышел из машины. Он сказал: «Она увязла здесь до тех пор, пока кто-нибудь не пригонит за ней эвакуатор».

– Теперь мы пойдём пешком, – сказал Такер.

Как ни странно, Ширилло чувствовал себя лучше, чем пятнадцатью минутами ранее, потому что он никогда не думал, что «мустанг» сможет проехать так по этой местности. Это продолжалось так долго, что казалось предзнаменованием того, что дело не закончится так уж плохо после всего, что произошло.

Такер возглавил группу, когда они шли по заросшей тропинке через лес, Ширилло шёл вторым, а Харрис замыкал шествие со своей тяжёлой артиллерией. Старший мужчина нёс Томпсон дулом вперёд, сросшись с ним, как будто настороженный пехотинец шёл по территории предполагаемого противника. Это было на самом деле очень похоже на то.