Читаем Кровавый плен полностью

Первое время девушка с интересом наблюдала за Бланкой, за ее профессиональными движениями и скоростью, с которой она приводила господскую обитель в порядок. Но вскоре ее назойливое внимание стало докучать женщине, и та попросила не стоять над душой.

– Госпожа, я уверена, вы можете заняться гораздо более интересными вещами.

Кара вздохнула и поплелась к холодильнику. Раз она не может навести порядок, то ужин сделать – точно ей по силам. В морозильной камере оказались овощи и говядина, уже разрезанная на маленькие кусочки и готовая для сотворения кулинарных изысков. Уровнями разложив ингредиенты в пароварке, она обильно посыпала их специями и оставила томиться до готовности. В дядином доме имелась техника на любой случай, что не могло не радовать – очень удобно и практично. После манипуляций Бланки на втором этаже, откуда ни возьмись, из-за угла, мигая огонечками, выехал робот-пылесос и принялся начищать паркет в гостиной.

Прелесть какая. Это она его запустила?

На уборку дома у Бланки ушло около двух часов.

Кара пригласила ее составить компанию на ужин, но женщина посмотрела на нее как на богатенькую дурочку и поспешила ретироваться.

Да что я делаю не так?

Поев в одиночестве, девушка поплелась в спальню и переоделась в длинную белую сорочку. Винтажный фасон с длинными рукавами, украшенными кружевами на манжетах, и небольшим декольте, кому-то мог показаться не слишком-то современным. Но выглядело одеяние очень эффектно. Каре подумалось, что благородная и знатная барышня, которой она, увы, не являлась, могла бы действительно спать в такой одежде. Довольно покрутившись у зеркала, она устало плюхнулась на большую мягкую кровать. Матрас отпружинил, покачивая словно на волнах.

Кара долго не могла уснуть. Наверняка, после саммита предусмотрена какая-то релаксационная часть с алкоголем и деликатесами. И Молли с директором, естественно, должны присутствовать на ней. Девушка перевернулась на бок, рывком натягивая на себя одеяло. И все же, почему подруга не упомянула о такой немаловажной детали? Может, сочла ее незначительной? Ведь важно это было лишь для нее самой и больше ни для кого.

Темнота вновь сомкнулась перед ней, заполняя собой все пространство. Западня, из которой не было выхода – ни на том свете, ни на этом. Ни надежды на спасение. Ни надежды на смерть. Вечные мучения – вот что припас для нее кромешный мрак.

«Это твоя плата. Это твое наказание», – шептало сознание.

Почему? Почему? За что?

«Вечно мучайся. Вечно страдай», – шипел голос. Знакомый. Ее собственный.

Чья-то могильно-холодная ладонь коснулась ее щеки, и Кара вздрогнула. От водоворота теней отделился женский силуэт. От незнакомки не исходило злобы или ненависти, как от всего остального в этом месте – чувствовалась лишь необъятная печаль, что замораживала душу и разрушала желание чувствовать, мыслить, существовать.

– Кто ты? – прошептала Кара, не смея отстраниться от ледяных рук, протянутых к ней. Она была уверена, что не имеет на это права.

Силуэт подступил ближе, казалось, улыбаясь. Девушка приоткрыла губы, но ни слова не сошло с них.

«Ты виновата! Это твоя вина! Твоя вина»! – шипение распирало голову нестерпимой болью.

Девушка, будто услышав роящиеся мысли Кары, подошла ближе, обнимая ее. Кара затряслась от озноба, что принесло ей объятие, но вместе с тем почувствовала что-то еще… сострадание? Теплоту души этой тени?

«Твоя вина! Все твоя вина»! – шипели мысли.

Силуэт девушки нагнулся к ее уху, пытаясь что-то прошептать, но Кара ничего не услышала. Только обрывистые корявые звуки, от которых в ужасе стыла плоть. Но она не шевелилась, послушно оставаясь на месте и вслушиваясь в жуткую речь вновь и вновь. Руки девушки вдруг стали липкими и мягкими. Она крепче заключила Кару в объятия, всем телом прижимаясь к ней, становясь податливой и текучей. Холод прошиб Кару до самых костей, и тень стала рассыпаться, растекаясь, словно жидкая краска по холсту.

Нет! Нет-нет-нет!

Кара пыталась не дать крови ускользнуть, не дать телу девушки утратить форму, но не смогла. Пропитав кожу и одежду, алая лужа стекла под ноги, принявшись расползаться по сторонам.

Нет! Нет!

В исступлении Кара собирала кровь от краев к центру гладкого черного пола, скользя ладонями все быстрее и быстрее, пока не стало слишком поздно. Шипящие голоса в голове взорвались одновременно, вопя и сыпля проклятиями.

Кара в ужасе вскочила с кровати, запуталась ногами в одеяле и упала на пол, больно приложившись плечом. Она перевернулась на спину, ошалевшими глазами в тусклом лунном свете осматривая трясущиеся ладони, еще помнящие ледяную липкость крови. Бешено стучащее сердце готово было раздавить грудь. На ладонях, розовых и разгоряченных, не виднелось и следа красного оттенка. Мгновение спустя она осознала, что это всего лишь очередной, весьма реалистичный, кошмар.

Успокойся. Успокойся. Ничего страшного. Всего лишь дурной сон.