Читаем Кровавые ангелы полностью

Идеон едва подавил проклятие и заставил руль выполнить резкий поворот. «Беллус» показал ему объект — одиночную мину — тихо дрейфующую к носу боевой баржи. Появление инквизитора в решающую секунду отвлекло внимание капитана. Теперь корабль оказался в зоне поражения.

— В сторону! — заорал Солус, предвосхищая следующую команду капитана, и Стил повиновался.

Хотя инквизитор и хозяйничал в вопросах, касавшихся миссии «Беллуса», в таких ситуациях, как эта, Идеон командовал судном и имел право решающего голоса.

Боевой барже таких размеров даже на полной обратной тяге нужны долгие минуты, чтобы погасить скорость и остановиться. Такое движение послужило бы сигналом для других мин.

Суровое лицо Идеона не изменилось. Он приказал рулевому сервитору изменить курс и повернул «Беллус» навстречу приближающейся мине.

Дух машины ворчал, протестуя против убийственного, с его точки зрения, поступка Идеона. Теперь столкновение мины с корпусом было неотвратимо, до него оставались секунды. Капитан видел, как на руках Солуса, вцепившегося в стойку, побелели суставы. Безмозглый сервитор безропотно повиновался, и «Беллус» подставил бомбе свой молотоподобный нос.

В этот миг Стил, казалось, хотел что-то сказать. Идеон ощутил глухой удар в корпус.

— Столкновение, — бесцветным голосом доложил сервитор. — Детонации нет.

— Как вы догадались? — спросил Стил, на его губах заиграла полуулыбка.

— Я служил на ударном крейсере «Фиделис», на Армагеддоне. Помимо всего прочего, наш корабль служил минным тральщиком, и в рамках своих обязанностей я изучил ограничения такого оружия.

Он активировал голосферу, чтобы показать схему мины.

— Моя догадка состояла в том, что у боеголовки шенлонг-образца замедленный взрыватель. Я сократил расстояние, чтобы удостовериться. Заряду не хватило времени активироваться до столкновения с судном. Поэтому он не взорвался.

Раздался звук, похожий на вздох.

— Однако дважды такая тактика не сработает. Нам сегодня повезло. Я оценивал шанс на успех как один к десяти.

— Сангвиний защищает, — отозвался Стил.

Сержант Солус изучил новые данные, пробежавшие по экрану пикт-планшета строками на высоком готике.

— Брат-капитан, мина… Она не разрушилась после удара… Устройство прилипло к внешней части корпуса.

— Пошлите технодесантника, пусть выяснит состояние оружия, — ответил Идеон. — Хорин, да еще это существо у него внутри… На сегодня хватит неприятных сюрпризов. Мое терпение кончилось.

Солус кивнул.

— Я пошлю брата Люцио.

— Ему, возможно, понадобится помощь, — вмешался инквизитор. — Может, ему составит компанию брат Рафен?

Солус посмотрел на Идеона, и голос капитана просвистел из горлового вокс-кодера.

— Приказываю так и сделать.

Рафен осторожно ставил свои закованные в металл ноги, шаг за шагом перемещаясь по внешней обшивке баржи. Чуть впереди технодесантник Люцио шел по фюзеляжу так легко, словно совершал прогулку.

Наверное, так оно и было. Сражаясь и с годами приобретая опыт, Рафен попадал в самые разные условия — и на ледяные планеты наподобие Тартара, и на болотистые, вроде Заоу. Однако его рота редко воевала в космическом вакууме.

Люцио, напротив, с тех пор, как стал полноценным Кровавым Ангелом, служил на борту «Беллуса» и знал внешнюю сторону огромной боевой баржи так же хорошо, как и ее внутренние коридоры. Рафен слушал шелест своего дыхания в шлеме и осторожно следовал за технодесантником. В мертвой тишине космоса было нечто, что смущало его дух и вызывало ощущение уязвимости. Рафен предпочитал места, где можно услышать, как подбирается враг.

Походка технодесантника казалась ему слишком легкой. Все техноадепты, служившие Адептус Астартес, были существами иной породы во многих аспектах, не только в подобных мелочах. Имея не более мощную, чем у других, силовую броню, Люцио, казалось, двигался в ней более непринужденно, и Рафен задумался: что если технодесантник использовал свои умения, чтобы улучшить и изменить снаряжение?

В самом деле, броня Люцио выглядела иначе, чем доспех рядового Кровавого Ангела. Брат щеголял серворукой — металлической конечностью, укрепленной на энергоранце. Сейчас сложенная, эта конструкция заканчивалась тяжелым на вид зажимом, которым адепт мог управлять так же, как любой из своих естественных конечностей. Рафен видел, как при помощи этого устройства технодесантник отрывает болты заклинившего люка «Лендрейдера» или манипулирует тонкими, как яичная скорлупа, электронными платами. Не впервые он задумывался над слухами, касающимися избранного техноадептами пути. Кое-кто рассказывал, что во время обучения технодесантников неким образом изменяют, надламывая их лояльность по отношению к родному ордену. Тихий и приветливый Люцио скрывает что-то от братьев? Рафен прогнал эту мысль. Недавние события заставляли его где угодно видеть подвох.

— Эй, брат Рафен… — обратился Люцио по воксу. — Ты видишь эту штуку по правому борту?

Рафен проследил за рукой технодесантника и заметил широкую сферу, вдавленную в фюзеляж.

— Она активна?

— Если наши молитвы услышаны, нет.