Читаем Кровь и лед полностью

К тому времени как они пересекли улицу и преодолели поросшие кустарником дюны, чернильно-фиолетовый оттенок неба сменился розовым. Они миновали высокие пальмы, плавно покачивающиеся на морском бризе, и пошли дальше, к линии прибоя. Затем сели на белый песок и стали любоваться поднимающимся из-за горизонта солнцем. Наблюдать за тем, как огненный шар медленно встает над океаном, отражаясь в серебристой глади воды, будто в зеркале, и окрашивает облака в рубиново-красные тона. В утреннем свете глаза Элеонор сверкали, словно два изумруда. С неба к самой поверхности воды спикировала серо-белая скопа, и Элеонор проследила за птицей взглядом. Майкл заметил, что девушка грустно улыбнулась.

— Почему вы улыбаетесь? — спросил он.

— Просто кое-что вспомнила. — Ее длинные каштановые волосы, все еще влажные после ванны, рассыпались по плечам и трепетали на легком ветерке. — Одну популярную песенку из другого времени.

— О чем в ней пелось?

Элеонор взяла Майкла за руку, и он почувствовал, что ее пальцы, подставленные под лучи солнца, стали ощутимо теплее. Скопа продолжала метаться между набегающих волн.

— «Никогда не будет берега морского, пальм резных, высоких, как собор Святого Павла. И песков не будет белых, словно в Дувре…» — непринужденно напела она.

Взгляд Элеонор скользнул по ярко освещенному горизонту, широкой белой полосе пляжа, и в ее глазах Майкл увидел первый проблеск искренней радости.

— И вот — пожалуйста, — сказала она, не выпуская его руки. — Сбылось!..