Читаем Кронштадская крепость - ключ к Ленинграду полностью

Сводки департамента полиции от 26* го июля сообщали: „Толпа, состоящая главным образом из матросов, произвола буйство на некоторых улицах города-. А несколькими днями раньше спешно доносилось: „Были единичные случаи, но в стенах казарм, неудовольствие сопровождалось битьем обеденных столов и посуды⁴*.

Социал-демократические листовки звали „захватить оружейные склады, артиллерию и крепость**. А немного позже—23-го октября 1905 года — „около морского манежа шумела и волновалась большая толпа в 2500—3000 чел. матросов, солдат, гимназистов и штатских. Она требовала открыть манеж, желая устроить и нем митинг для обсуждения нужд нижних чинов.

Вице-адмирал Никонов немедленно прибыл в манеж и начал отговаривать нижних чипов от участия в митинге....

Толпа бушевала, настаивала на своем и не поддавалась на хитрые обещания; па предложение Никонова разойтись по экипажам и казармам, „бунтовщики** ответили единодушным требованием открыть митинг. „Самодельные агитаторы** из матросов и солдат неясно представляли, что нужно делать. Из толпы неслось: „Мьт не будем денщиками офицеров, мы не няньки, а служим государю императору“. Мысль еще колеблется, каждый новый оратор все сильней п сильней направляет свои слова по цели.

Требования улучшения нищи и одежды переплетаются с лозунгами свержения самодержавия, требованиями полной свободы распоряжаться собой во внеслужебное время, и все это покрывается возгласами: „Нужна республика**, „Долой самодержавие!..**

Стихийно, неорганизованно и без руководства революционно-настроенная масса матросов, солдат и рабочих сама сумела притти от „беспорядка, разлив суп па пол и опрокинув котлы**, к революционным митингам.

ДплытеГппио события развивались настолько'быстро, что руководить ими по ттродставлхялось никакой возможности. Их еле-еле успевало отмечать кронштадтское начальство в лицо вице-адмирала Никонова, лично об’езжавшего экипажи, казармы и форты. Он пробовал уговорить команды „не слушаться злонамеренных лиц, подстрекающих их к нарушоншо присяги, к производству беспорядка".

Вице-адмирал уговаривал, а ему обещали „вести себя хорошо". Но когда Никоиов заявился на форт „Константин" (пьгао форт Рошаля), то артиллеристы форта встретили его возгласами: „Убить ого!"

3-й батальон крепостной артиллерии 25-го октября пред’явил раз’езжавшему адмиралу требования: улучшения пищи, обмундирования, свободного выхода из казарм, увольнения 2-х последних годов службы в запас и др.