Читаем Кронос. Дилогия (СИ) полностью

— Обкакается — без вариантов, — спокойно сказал Дед, отрываясь от бинокля. — Должен…

— Я бы завтракать на вышку залез, а лестницу спалил, для собственного спокойствия, — высказал своё мнение Бармалей.

— Это уже опасно! — предупредил сталкеров Сусанин.

После неоднократного выхода родственников на сцену, Бульдозеру уже давно хотелось кого-нибудь пристрелить, а тут такой случай и он нетерпеливо обратился к Деду:

— Дедуля, ты уже палил из своего ствола, дай мне попробовать!

Включился лазерный прицел и на теле монстра зажглась красная точка, настолько интенсивная, словно это было основное оружие. Бульдозер нажал на спусковой крючок и глушитель надрывно рявкнул, отозвавшись в полупустых бутылках. Пуля прошила «Туриста» насквозь, подняв позади фонтан из кирпичной крошки, а монстр упал, как подкошенный. «Чёрная Вдова» осиротила ещё один туристический выводок, который не смогли обезвредить профессиональные охотники за трофеями. Сталкера, как ветром сдуло…

— Трофейная команда на выход! — ляпнул Пифагор.

— А что от «Туриста» берут, ты знаешь? — спросил его Почтальон, вопросительно глядя на товарища.

— Да не за копытами! — пояснил Пифагор. — От сталкера поллитра, почти полная осталась. В противном случае, он бы не убежал…

— Тьфу ты! Оставим ему — вдруг вернётся.

— И всё-таки — он, наверное, обделался, — сочувственно произнёс Дед.

— Теперь с поносом мучиться будет, — подтвердил Бармалей, рассматривая в бинокль место происшествия.

Сутулый не мог остаться в стороне, когда в разговоре поднялась больная тема, и посоветовал страждущим собственный рецепт:

— Мне говорили, что у нас кишечник закручен по часовой стрелке и при поносе, чтобы его освободить от шлака, надо крутить ладонью по животу в том же направлении.

Доцент закатил глаза к небу и сочувственно опроверг его соображения, заодно посоветовав воспользоваться собственным рецептом:

— Ну, не знаю, может у кого и закручен кишечник по спирали, а может и нет, но мозги, у некоторых — точно набекрень. Скомканы, как попало. Тоже мне, галактический мальчик… Мозги, от шлака, освобождать надо…

— Хватит вам про поверженные идеалы, — осадил их Комбат. — Нужно в себе стойкость воспитывать! А вот наш сосед не выдержал — убежал.

— Плохой воин, стоящий насмерть — он предсказуем, — возразил Крон. — Вот у нас, в армии: даже командир не знает, что может отчубучить его боец, в следующую минуту!

— А как быть с героями, до последней капли крови защищавших отечество и, ценой своей жизни, остановивших врага? — не согласился Комбат, как-то недоверчиво посмотрев на друга.

— Ни хрена ты не понял! Я тебе про военную хитрость и смекалку, когда и отступить не грех — ненадолго, чтобы потом полностью овладеть плацдармом. И бойцов сбережёшь! Крутиться надо так, чтобы у вражеского снайпера нервы не выдержали, а не стоять, по стойке смирно.

— Ладно, завязывайте с ленчем, — подал команду Комбат. — Нам ещё пилить и пилить, неизвестно сколько.

— А что с трофеем делать? — спросил Бульдозер, ощутивший вкус охотничьего азарта.

— Думаю, оставим пострадавшему, — предложил Комбат. — Он бедный, наверное, так ничего и не понял. Будет утешение…

Надевая опять на плечи тяжёлые рюкзаки, каждый ощутил эффект, как небо из синего, постепенно превращается в уныло-серое, а после нескольких шагов и вовсе сворачивается в овчинку. Оставив после себя кучу банок, Сутулый пнул одну, для приличия, а его товарищ, зачем-то поднял с земли пустую упаковку, оставленную предшественниками. «Коричневый длиннозёрный рис», — прочитал Кащей надпись на упаковке. В его голове промелькнула тень сомнения, подкреплённая уверенностью в том, что нельзя верить никаким надписям, а читать между строк.

— Слушай, Дед, а рис коричневым бывает? — спросил он у знатока кулинарии, коим тот являлся, по его убеждению.

— Ещё как бывает! Товар распродали, полы на складе подмели, а в мусоре — пятьдесят процентов риса. Ну, что — выкидывать, что ли? В продажу его, но под новой торговой маркой. Всё — тип-топ!

Проскочив заводскую территорию, сталкеры оказались на обширной загородной территории, лишённой каких бы то ни было построек. Ни развалин, ни намёков на бывшее присутствие человека, даже не ощущалось. У каждого сложилось впечатление, что эта земля высасывает энергию жизни, вместе с соками. Даже небо выглядело почерневшим.

— Не отсюда ли мумии берутся? — догадался Почтальон.

— Тогда уж, скорее — зомби, — возразил Макинтош. — Видите ложбина, между кустов? Там аномалия «Погост».

Все пристально вгляделись в указанном направлении, как дрессированные обезьяны или экскурсанты, ведомые скучающим экскурсоводом. «Посмотрите налево, посмотрите направо, вверх не возбраняется — крутите головами сильнее, пока не свалитесь, от усталости, а когда это произойдёт, свалите резво в кабак. Столько лет чесать языком одно и то же…» Издалека, вся ложбина казалась заставленная обычными крестами. Место ничем не отличалось, от себе подобных. Любое деревенское кладбище идеально впишется в предлагаемую картину. Макинтош, между тем, продолжал: