Читаем Крона огня полностью

— Не смотри, что сейчас он по разумению почти как ребенок, — предупредил крылатый Дагоберт. — Очень скоро войдет в силу. Если до того не сможете с ним совладать — он всех в бараний рог скрутит. На земле управы с ним не будет. Сила в нем живет не земная.

— А какая? — добродушно осведомился Карел.

— Не земная, — повторил дракон, и богемцу показалось, что он скривился, точно от зубной боли. Однако вдаваться в детальные объяснения клыкастый Меровей вовсе не был настроен, а потому, распахнув крылья, он взмыл в синеву, даже не удосужившись проститься.

— А где мы сейчас?! — вслед ему воскликнул сэр Жант. Но его вопрос так и остался без ответа.

Дагоберт поглядел на спутницу. Вечерний сад вдохновлял на любовные признания, страстные объятия и жаркие поцелуи. Но к удивлению птиц, притаившихся в кронах деревьев, готовых дружно исполнить музыкальное сопровождение к романтической сцене, ни юноша, ни девушка, похоже, и не помышляли ни о каких лирических объяснениях.

— Итак, я жду ответа, — напомнил о себе кесарь.

— Сударыня, вы там заснули? — волновался Бастиан.

— Сейчас, сейчас, я не хаммари, у меня всего лишь одна голова.

— Что у тебя там? Какие-то проблемы?

— Пока нет. Однако наш маленький принц настойчиво задает неудобные вопросы.

— Тогда держи паузу и отвечай мне.

— Позвольте мне немного обдумать свой ответ. Это непросто объяснить, а мне хотелось ответить точно, — скромно потупив глаза, вздохнула Ойген. Ее слова были чистейшей правдой. Непросто отвечать на вопросы, не имеющие внятных ответов, и в то же время давать консультацию на тему неосознаваемого познания бессознательного.

— Значит, так, — говорила Евгения Тимуровна, — если нужно, чтобы пациент вспомнил то, что видел, не так чтобы до конца осознавая это, есть такая методика — психосимвол. То есть все, что человек когда-то видел, слышал, ощущал, — он запомнил. Поскольку оперативная память его ограничена, вся информация хранится в закромах, именуемых пассивной памятью. Человек сам по себе далеко не всегда может извлечь нужный файл из своего архива, и чем лучше структурирован мозг, тем это сделать легче. Однако можно подстегнуть мозг, заставить его выдать на-гора всю нужную информацию, если нарисовать ему соответствующую картину, похожую на ту, что он видел в момент чувственной регистрации.

— Картины — наше все. Сейчас в срочном темпе попробую сочинить балладу с веселыми картинками. Если бы еще куда-то Мустафу с его башибузуками удалить, а то они своими взглядами скоро одежду на мне подожгут. Лишнего слова Брунгильде не скажи.

— Спроси у Сережи, у него как всегда мешок уловок. Или подожди до приезда в замок. В конце концов, часом больше, часом меньше, погоды это не сделает.

— И давно ли это месье Рейнар у вас Сережа?

— Отстань. Это к делу не относится! Мне вот сейчас нужно Дагоберта убедить сотрудничать.

— Ладно, умолкаю. Возвращаюсь на большую дорогу. Если по делу, то, думаю, нужно поспешить: в замке у дверей ее комнаты будет охрана в три ряда. Возле моей, полагаю, тоже, и это будут разные комнаты.

— Ладно, спрашивай у инструктора, у меня тут пауза затянулась.

Благородная дама Ойген печально вздохнула и поглядела на ждущего ответа спутника.