Читаем Кризис в Церкви полностью

А кризис… Я сказал, что Господь позволяет себе быть судимым своим творением так же, как и творение будет судимо Богом, так как Церковь - это взаимный суд. Кризис - это греческий синоним слова суд. Я говорил уже о нём. Другими словами, Церковь - это предпочтительное место кризиса, взаимного суда, и вся земная жизнь - это постоянный кризис, суд между человеком и Богом (если мы серьёзно размышляем о спасении), в котором мы в идеале должны достигнуть (и не только в идеале, а закономерно должны достигнуть) оправдания Господа, извинения Его и сказать когда-то: «Да, Господи, Ты прав, да будет воля Твоя». Другой аспект страшного суда - на суде будут два лагеря, так как показывает Христос овец и козлищ. Тех, которые в своей жизни сказали Христу: «Да будет воля Твоя», и тех, которым Христос скажет на суде: «Да будет воля твоя». И если Господь скажет мне: «Да будет воля твоя», и я пойду творить свою волю, то это ад. Когда мы поймём, братья и сёстры, что единственно желанная вещь, единственный рай - это чтобы мы могли жить «да будет воля Твоя, Господи». Когда мы поймём, что моя воля, то, что мы называем своей собственной волей, - это ад?

И что значит моя собственная воля для свободного творения? Хочу определить и это. Идёт речь о страстной воле. И опять определим, что такое страсть. Страсть - это истрёпанность реальности, сотворённой Богом. Страсть - это не действительность сама по себе, это как рана, рак в здоровом теле, что-то корявое. Страстная воля - это не действительная, не реальная воля. А войти в волю Божию - это единственно истинная действительность, которую Господь задумал и сотворил, куда пригласил нас. Она является именно тем, чего желает человек. Таким образом, Церковь - это место, где Бог судится с человеком и человек - с Богом.

Дам вам пример по поводу «да будет воля Твоя». В неделю, когда будут читаться Двенадцать Евангелий, будьте внимательны к антифонам, которые поются, - первый антифон после первого долгого Евангелия. Заметьте, в церковных песнопениях подчёркивается, сколь многими увещеваниями и попытками Христос хотел спасти Иуду. Каждый тропарь заканчивается словами «беззаконный Иуда не восхотел понять». В скобках скажу, что многие думают о случившемся с Иудой как о должном, что так должно было случиться. Но это не был замысел Божий, чтобы человек погиб в аду для того, чтобы Бог совершил спасение. Тогда агнцем для заклания был бы Иуда, а не Христос. Иуда сам себя предназначил для предательства Христа и всего, что произошло, - в смысле того, что Бог заранее знал свободу человека, которую Он не хотел трансгрессировать своим всемогуществом. Нет, не трансгрессировать, но посмотрите в Евангелии (кстати, и в стихирах Великого Четверга), сколько попыток и средств пробовал употребить Христос для спасения Иуды, чтобы показать ему то зло, которое он творил. Прочтите также и синаксарь Триоди этого дня - они покажут вам очень важные вещи. Но «беззаконный Иуда не восхотел понять». Церковь исповедует нам, что речь идёт о свободной воле. Кстати, о том, о ком было написано, что он должен это совершить. Да, было написано об Иуде, но Христос, как сейчас, в пост, мы говорим в тропаре шестого часа, - это Тот, кто разрывает рукописание против нас. Так мы поём в тропаре шестого часа. Таким образом, Тот, кто раздирает рукописание, хотел разорвать то, что написано было об Иуде. И Он мог это совершить, как всемогущий Господь. Христос - это Тот же, кто во дни Ионы разорвал рукописание ниневитян, объявив им через пророка Иону, что если не покаются, то погибнут в своих грехах. Они приняли это слово, покаялись, и Господь, в свою очередь, покаялся перед своим творением, если можно так сказать, т.е. не дал погибнуть более ни единой душе в Ниневии. После всего этого пророк Иона, обезумев, хотел бежать, потому что оказался между молотом и наковальней. С одной стороны, зная, что Господь милостив, но с другой - как он мог оправдаться перед язычниками в том, что его пророческие слова не сбылись? Христос хотел так же поступить и с Иудой. То, что написано о человеке, не является предопределением, которого невозможно избежать. Это языческий взгляд на вещи, что человек не может избежать предопределённого.