Читаем Кризис полностью

Россию захлестнула волна безработицы. За три кризисных года закрылось почти 3 тысячи предприятий. На большинстве крупных заводов и фабрик сократили до половины всех рабочих. Зарплата падала повсеместно.

Вслед за денежным кризисом наступил и промышленный. Пошло падение цен, рынок переполнился товарами. Экономический спад 1900–1903 годов имел для страны последствия тяжелые.

И снова на помощь пришел Витте. Он сумел получить у французов громадный заем в 2,25 миллиарда франков. Едва только деньги появились — кризис пошел на спад. Наивные французы думали, что сумеют подчинить себе российскую экономику. А она на их деньги стала лишь еще сильнее…

Принимая в 1892-м министерство финансов, Витте обещал Александру III за двадцать лет без всяких политических реформ сделать Россию одной из ведущих промышленно-развитых стран. Двадцать лет… Позже Столыпин бросит свое знаменитое: «Дайте мне двадцать лет, и вы не узнаете Россию»!

Столыпин Петр Аркадьевич (1862–1911) — министр внутренних дел, затем премьер-министр России. Автор и исполнитель знаменитой Столыпинской реформы, призванной создать в России на селе крепкий средний класс.

«Некролог» Льва Троцкого, опубликованный в газете «Правда» после убийства Столыпина: «Гибель Столыпина не искупает в глазах народа кровавых ужасов столыпинщины. Слишком велик наш счет. Только разрушение всего государственного вертепа столыпинцев, только всенародное низвержение палаческой монархии может примирить совесть пролетариата с неотомщенными ужасами столыпинской диктатуры». В своем завещании Столыпин просил похоронить себя «там, где его убьют». Премьер был смертельно ранен в городском театре Киева, во время спектакля «Сказание о царе Салтане» и погребен в Киево-Печерской лавре


Как видно, срок в двадцать лет взялся не с потолка. Благодаря реформам Витте, промышленность развивалась с почти сказочной быстротой.

Количество новых фабрик росло с каждым годом, множились филиалы американских и европейских заводов. Семимильными шагами строились железные дороги — в том числе знаменитый Транссиб, бывший целиком и полностью заслугой Витте.

В 1894-м в России было всего 8 коммерческих училищ. В 1902-м стало уже 147. Плюс — три коммерческих института: в Киеве, Варшаве и Питере.

Своего министра финансов Александр III ценил и искренне уважал. Он и сам был грубоват и резок, потому и к Витте испытывал некоторое родство. Когда царедворцы, откровенно не жаловавшие провинциального выскочку (говорит с малороссийским акцентом, в обществе не вращается, в жены взял еврейку) приходили к государю с ябедами на Витте, тот лишь усмехался в усы.

Александр III Миротворец (1845–1894) — император с 1881 г.

Единственный Государь в истории России, при котором не началось ни одной новой войны. Говорят, что на знаменитой картине Васнецова «Богатыри» (та самая, которая в Третьяковке и которую часто называют «Три богатыря») в виде Ильи-Муромца изображен Александр III. А что? Действительно похож. И внешне, и, так сказать, внутренне. Из воспоминаний Витте об Александре III: «Он своей наружностью, несомненно, импонировал окружающим, и если бы не знали, что он император, и он бы вошел в комнату в каком угодно костюме — несомненно, все бы обратили на него внимание». Имя Александра III прочно связано в патриотической русской историографии с периодом экономического подъема в России конца XIX века


«Громадный характер, прекрасное сердце, благодушие, справедливость, твердость», — так отзывался Витте об Александре.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
За что Сталин выселял народы?
За что Сталин выселял народы?

Сталинские депортации — преступный произвол или справедливое возмездие?Одним из драматических эпизодов Великой Отечественной войны стало выселение обвиненных в сотрудничестве с врагом народов из мест их исконного проживания — всего пострадало около двух миллионов человек: крымских татар и турок-месхетинцев, чеченцев и ингушей, карачаевцев и балкарцев, калмыков, немцев и прибалтов. Тема «репрессированных народов» до сих пор остается благодатным полем для антироссийских спекуляций. С хрущевских времен настойчиво пропагандируется тезис, что эти депортации не имели никаких разумных оснований, а проводились исключительно по прихоти Сталина.Каковы же подлинные причины, побудившие советское руководство принять чрезвычайные меры? Считать ли выселение народов непростительным произволом, «преступлением века», которому нет оправдания, — или справедливым возмездием? Доказана ли вина «репрессированных народов» в массовом предательстве? Каковы реальные, а не завышенные антисоветской пропагандой цифры потерь? Являлись ли эти репрессии уникальным явлением, присущим лишь «тоталитарному сталинскому режиму», — или обычной для военного времени практикой?На все эти вопросы отвечает новая книга известного российского историка, прославившегося бестселлером «Великая оболганная война».Преобразование в txt из djvu: RedElf [Я никогда не смотрю прилагающиеся к электронной книжке иллюстрации, поэтому и не прилагаю их, вместо этого я позволил себе описать те немногие фотографии, которые имеются в этой книге словами. Я описывал их до прочтения самой книги, так что можете быть уверены в моей объективности:) И еще я убрал все ссылки, по той же причине. Автор АБСОЛЮТНО ВСЕ подкрепляет ссылками, так что можете мне поверить, он знает о чем говорит! А кому нужны ссылки и иллюстрации — рекомендую скачать исходный djvu файл. Приятного прочтения этого великолепного труда!]

Сергей Никулин , Игорь Васильевич Пыхалов

Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное