Катался под мокрым снегом, по обледенелым улицам, без зимней резины!.. (Однако же Кристина уверенно держалась на колесах, ее ни разу не занесло: она словно по волшебству находила безопасный и надежный способ передвижения, как если бы двигалась по трамвайным путям.) Радио без конца играло старый рок-н-ролл, и все песни почему-то были о девушках: «Пегги Сью», «Кэрол», «Барбара-Энн», «Милая Сюзи».

Кажется, в какой-то момент он слегка испугался и принялся лихорадочно жать на одну из хромированных кнопок новенькой магнитолы, но вместо FM-104 или «Блока рока» вновь и вновь натыкался на WDIL. Голос диск-жокея до странности напоминал голос Алана Фрида, а потом Кричащий Джей Хокинс затянул свое хриплое «Я тебя заколдова-а-ал, потому что ты моя-я-я-я».

Наконец он приехал в аэропорт: огни взлетных полос пульсировали подобно видимому сердцебиению. По радио пошли сплошные помехи, и Арни его выключил. Выбравшись из машины, он ощутил странное облегчение – его даже прошиб пот.

А теперь он лежал в кровати и не мог уснуть. За окнами валил уже настоящий снег, падавший жирными белыми хлопьями.

Все это неправильно.

Что-то неладное творится. Арни не мог больше лгать даже себе и говорить, что ничего не происходит. Машина… Кристина… уже несколько человек хвалили его за проделанный труд. Недавно Арни приехал на ней в школу, и ее облепили ребята из автомастерской. Они оценили и новую выхлопную систему, и амортизаторы, и кузовную работу. Чуть не с головой залезли под капот и тщательно осмотрели радиатор, который оказался совершенно чистым: ни следа коррозии или зеленой гадости, которая обычно остается от антифриза. Генератор, свечи, даже воздушный фильтр был новенький – сверху красовались цифры 318.

Да, среди ребят в автомастерской Арни теперь слыл героем. Все комментарии и комплименты он принимал с одинаковой скромной улыбкой. Но даже тогда… разве не закрадывались в его душу сомнения? Конечно, закрадывались.

Потому что он не помнил, какую работу над Кристиной делал сам, а какую – нет.

Время, проведенное в гараже Дарнелла, превратилось в череду размытых картинок, как сегодняшнее катание. Он помнил, что начал работу над задней частью кузова… но когда он ее закончил? Помнил, как красил капот – оклеил малярным скотчем лобовое стекло и брызговики, стрельнул в покрасочном цехе респиратор, – но когда именно он заменил рессоры? И где их взял? Одно Арни помнил хорошо: как подолгу сидел за рулем, ошалев от счастья… чувствуя себя ровно так же, как сегодня вечером, когда Ли прошептала «Я люблю тебя» и скрылась за дверью. Просто сидел в салоне, даже когда большинство ребят уходили домой. Сидел и слушал всякое старье на волне WDIL.

Наверное, хуже всего обстояло дело с лобовым стеклом.

Он совершенно точно его не покупал. Если бы купил – а такие панорамные стекла стоили немалых денег, – его сберегательный счет пострадал бы куда серьезнее. И потом, должна была остаться квитанция, верно? Он перерыл всю папку, специально заведенную для таких бумажек, но ничего не нашел. Впрочем, искал не слишком тщательно…

Помнится, Деннис что-то говорил про уменьшившуюся паутину трещин. А потом, когда настало время ехать в Хигден-Хиллз, она и вовсе исчезла. Стекло было безукоризненно чистое и прозрачное.

Как же это могло произойти?

Арни не знал.

Он наконец-то уснул и видел страшный сон. Простыня под ним сбилась в комок, а за окном прояснилось: ветер разогнал тучи, и на осеннем ночном небе светили холодные звезды.

24. Увиденное в ночи

Прокачу тебя я на машине,

Прокачу, да,

Прокачу, да,

Прокачу тебя я на машине.

Это был сон – она не сомневалась в этом почти до самого конца.

Сначала они с Арни занимались любовью в прохладной голубой комнате, абсолютно пустой, если не считать синего коврика на полу и нескольких шелковых подушек… Потом она очнулась, но тут же оказалась в другом сне: было раннее воскресное утро.

Она услышала, как к дому подъехала машина. Подошла к окну и выглянула на улицу.

Возле тротуара стояла Кристина. Двигатель работал – Ли видела, как из выхлопной трубы вылетает дым, – но в салоне никого не было. Во сне Ли подумала, что Арни уже подошел к двери, просто не успел постучать. Скорее вниз! Если папа проснется в такую рань и увидит на пороге Арни, он будет в бешенстве.

Но Ли не сдвинулась с места. Она смотрела на машину и думала о том, как сильно ее ненавидит – и боится.

А машина ненавидит ее.

«Соперницы», – в отчаянии и страхе подумала она. Ни свет ни заря Кристина подъехала к ее дому и ждала. Ждала Ли. «Ну же, спускайся, милашка. Покатаемся. Обсудим, кому он нужен больше, кто любит его больше и с кем ему будет лучше. Давай иди ко мне. Ты же не боишься?»

Она была в ужасе.

«Так нечестно, она старше, она знает всякие фокусы, она его соблазнит…»