[1] Франсуа Морисо (1637 – 17 октября 1709) – врач-акушер, живший в Париже. Морисо был ведущим акушером Европы 17-го века. В 1668 году он опубликовал капитальное врачебное руководство «Трактат о болезнях беременных и о родах», в котором предложил несколько новых врачебных инструментов и операций. Книга была переведена на несколько языков. Также Морисо известен тем, что усовершенствовал некоторые классические приемы родовспоможения при тазовых родах. Он дал описание внематочной беременности, и, вместе с повитухой из Германии Жюстиной Зигмундин, считается первым, кто ввел практику прокалывания околоплодного пузыря для остановки кровотечения при предлежании плаценты.

Глава XXII. Незнакомец

Госпожа Хоши присела на деревянную скамью, окруженную кленами. Солнце уже садилось, но ей не хотелось идти в дом. Небольшой, но очень ухоженный, он был окружен деревьями и кустарниками, и выглядел уютно, умиротворяюще. Когда-то они жили здесь с первым мужем… От раздумий ее отвлек маленький хин – неизменный спутник прогулок. Песик залаял и бросился к забору. Шинджу вздрогнула и подняла глаза. За изгородью стоял какой-то человек, одетый в поношенные штаны хакама и местами протертое кимоно. Довольно рослый, широкоплечий мужчина явно был воином. Но самым странным во всем его облике была кожаная маска самурая нэри-хо[1], скрывающая лицо.

– Добрый вечер, – незнакомец поклонился. – Вы не знаете меня, госпожа Хоши, но я уверен, что не прогоните человека, умоляющего о помощи.

– О помощи? – снисходительно улыбнулась Шинджу. – В какой же помощи вы нуждаетесь?

– Немного еды, если можно.

– Еды? – удивилась женщина.

– Да, я много дней нахожусь в пути, и счастлив тому, что наткнулся на ваш дом.

– Но откуда вы знаете, как меня зовут?

– Когда-то мы служили вместе с вашим мужем…

Шинджу нахмурилась.

– Господином Хоши, – пояснил незнакомец, и брови хозяйки сразу вернулись на место.

Непонятно почему недоверчивая Шинджу поверила этому мужчине. И хотя не видела его лица, он вызывал у нее расположение и интерес. Что касается безопасности, бояться ей было не чего, ведь дом охраняло немало стражников.

Незнакомца провели в одну из комнат и попросили подождать. Везде здесь чувствовался утонченный вкус хозяйки, безраздельно царили чистота и порядок.

Вскоре появились молчаливые и старательные служанки. Они принесли еду и расставили все на котацу[2]. Затем вошла госпожа Хоши. На ней было домашнее зеленое кимоно, но, несмотря на это, такая красавица могла даже сейчас затмить любую придворную даму.

Приглашая гостя сесть и угоститься, Хоши произнесла:

– А потом вы расскажите мне о моем супруге.

– Это долго, я боюсь задерживать ваше время, – как можно более учтиво ответил незнакомец, отводя взгляд.

– Ничего страшного. Я никуда не тороплюсь.

Когда он начал трапезу, Шинджу не выдержала.

– Вам удобно есть в маске?

– Я привык.

– Вы знаете, что это невоспитанно – закрывать свое лицо, когда лицо вашего собеседника открыто?

– Я никогда ее не снимаю, потому что обезображен.

– А.. – молодая женщина внимательно вгляделась в его глаза, прежде чем он успел опустить их. – Мы раньше с вами не встречались?

– Нет. Это невозможно.

– Как вас зовут?

– Иошихиро Араи, – ответил он после короткой заминки.

Из рассказа самурая Шинджу узнала, что тот был близким другом ее первого супруга и воевал с ним плечом к плечу.

О совместных походах, и битвах, в которых доводилось участвовать, незнакомец говорил скупо, без подробностей. Он объяснил это тем, что не хочет шокировать нежную и впечатлительную даму, ведь война не имеет привлекательных сторон, о которых хотелось бы говорить.

– Ая, – уже готовясь ко сну, позвала госпожа Хоши свою старую служанку. – Тайра когда-нибудь рассказывал что-то о своем друге и боевом соратнике Иошихиро Араи?

– Никогда, госпожа.

Прошло несколько дней, когда Хоши, гуляя в саду, опять увидела за живой изгородью странного незнакомца.

– Снова вы? – произнесла женщина, с интересом поглядев на Иошихиро Араи.

– Добрый вечер, госпожа Хоши, – слегка поклонился он.

Шинджу подошла ближе.

– Вы снова голодны? – с усмешкой поинтересовалась японка.

Мужчина чуть смутился.

– Нет, я пришел… чтобы увидеть вас.

– Зачем? – насторожилась Шинджу.

– Ваше общество и беседы с вами для меня оказались тем же, что для умирающего от жажды вода.