Читаем Крик души полностью

Антон беспокоился за него, пытался настоять на посещении врача, но натыкался на уверенный отказ.

Что-то неукротимо, неминуемо рушилось. И Антон чувствовал себя совершенно беспомощным оттого, что не мог ничего сделать, чтобы избежать краха.

Привычный, устоявшийся, прекрасный мир сказочной жизни, которую он, наконец, получил, дал трещину, пошатнулся, накренился и готов был вот-вот оставить и его погребенным под обломками счастья.

Безысходность и отчаяние сковали его тисками, не давая дышать, вынуждая вновь и вновь глотать пыль из-под крошащихся на кусочки мечтаний и желаний.

И это бесило, это просто сводило с ума…

— Антош, ну, ты меня совсем не слушаешь, — донесся до него, словно издалека, обиженный женский голос.

Он дернулся, как от удара, не сразу осознав, где находится, недовольно поморщился оттого, что его вырвали из водоворота воспоминаний, и бросил на девушку быстрый взгляд.

— Я не нанимался тебя развлекать, — жестко отрезал он, сдвинув брови.

Та надула губки и вновь дернула его за руку.

— Ну, Антош, — взмолилась она, — что с тобой? Может, голова болит?

Хотелось послать ее к черту, но он каким-то чудом сдержался.

— Ничего у меня не болит! — раздраженно сказал молодой человек, отвернувшись от нее.

— Тогда что случилось? — затрещала та у него над ухом.

Руки его непроизвольно сжались в кулаки, а на скулах от ярости заходили желваки.

Только бы не сорваться к чертям, а то вся его хваленая выдержка полетит псу под хвост!

— Тох, может, правда, уделишь девушке время, а? — подал голос с шутливыми интонациями Леша. — Смотри, как она переживает за тебя, места себе не находит.

Антон посмотрел, стремительно, резко. Правда, не на девушку, а на друга.

Испепеляющий взгляд серых глаз едва не приковал того к месту.

— Охо-хо, — проговорил Леша, поднимая руки вверх. — Ритуль, его сейчас лучше не трогать, — обратился парень к девушке-брюнетке. — Видишь вот это выражение лица? Так вот запоминай: увидишь такое еще раз, ни за что не приставай к моему другу. Считай, что на нем висит табличка «Не влезай, убьет!».

Антон промолчал, одарив друзей тяжелым взглядом из-под бровей, но лишь по той причине, что сейчас действительно был способен прибить любого, кто начал бы его доставать.

Он чувствовал себя огненной пружиной, сжатой до мизерных размеров и способной в любое мгновение взорваться, подобно атомному взрыву.

До конца вечера его так никто и не побеспокоил, предоставив самому разбираться со своими мыслями. Брюнетка, которую, как оказалось, звали Ритой, больше не приставала к нему с глупыми вопросами и даже отцепилась от его руки, чему он был несказанно рад, а Леша и Слава предпочитали не лезть на рожон, прекрасно зная, чем это может обернуться.

— Может, ты домой поедешь? — с беспокойством выдавил из себя Слава, словно не выдержав молчания.

— Да, наверное, поеду, — согласился Антон и приподнялся с дивана. — Не обижайся, Слав, просто сегодня… настроения нет, считай так.

— Да не вопрос, Тох, — развел парень руками в разные стороны. — Все в порядке.

Попрощавшись с друзьями и послав вымученные улыбки девушкам, Антон покинул клуб с чувством облегчения, а садясь за руль автомобиля, так вдавил педаль газа в пол, что мгновенно сорвался с места, оставляя позади себя клубы серого дыма. Домой. К отцу.

С некоторых пор он боялся оставлять отца одного на долгое время. Боялся за него.

Вот и сейчас ему бы стоило догадаться, что он может обнаружить, вернувшись домой.

Едва он попал в квартиру, сразу же отметил, что в кабинете отца горит свет. Как и всегда за последние два месяца. Парень тяжело вздохнул, чувствуя, что сердце сильнее и громче забилось в груди, и подошел к двери. Негромко постучал и, не дождавшись ответа, тихонько приоткрыл дверь, заглядывая внутрь.

Олег сидел за столом, откинувшись на спинку кресла, скрестив руки на груди, опустив голову. Глаза его были закрыты, а сквозь неплотно сжатые губы вырывалось поверхностное дыхание.

Заснул, грустно отметил про себя Антон. Опять заснул за рабочим столом…

Антон двинулся вперед, прикрывая за собой дверь.

— Пап? — негромко позвал он. — Пап?

Олег дернулся, сел в кресле, выпрямив спину, повел плечами, словно отгоняя сон, раскрыл глаза.

— А?.. Что?.. — встрепенулся мужчина, растерянно оглядываясь по сторонам и словно пытаясь осознать, где находится. — Что, уже утро? Вставать пора? — взгляд его остановился на сыне, застывшем посреди комнаты.

Антон грустно улыбнулся.

— А ты вообще ложился?

Олег устало посмотрел на него, протер глаза и вновь откинулся на спинку кресла.

— Не спится. Бессонница, наверное, — отмахнулся он.

Антон покачал головой и подошел к столу, остановившись в паре шагов отца.

— Она началась, когда ты вернулся из Калининграда, — проговорил он тихо, устремив взгляд на Олега. — Что-то случилось, да? Что-то, о чем ты не хочешь мне рассказывать?

Он не надеялся, что тот просто так сдастся и расскажет ему обо всем. Не таким он был человеком.

— Ничего не случилось, — упрямо заявил Олег, нахмурившись. — Просто не спится, вот и все.