Читаем Кряк полностью

– Завтра у тебя начнется учеба, с занятиями тебя ознакомят в классе; я старший в комнате: слежу за выполнением правил, дежурством по уборке комнаты, письма отдавать и получать будешь от меня – это обязанность старшего. Вставлю тебя в график дежурств для уборке и мытья пола. Имей ввиду, если кто-то из вас нарушает распорядок и устав монастыря – наказывают и меня в том числе, как старшего в классе. Советую соблюдать правила! Я дам тебе устав монастыря, тебе надо его внимательно прочитать и выучить наизусть. Экзамен на знание правил через месяц, принимает лично матушка Екатерина. От того как ты сможешь ответить на ее вопросы, зависит твое дальнейшее пребывание в школе! Устраивайся, коллектив у нас дружный и никто никого не обижает! Через два часа будет вечернее богослужение, на нем все воспитанники школы присутствуют в обязательном порядке.

Лука еще выспросил у Кряка о его жизни до школы: чей он сын, кто из инквизиторов был рекомендателем его в школу, про родителей, братьев, печальную судьбу матери – Кряк поведал все без утайки, на все дотошные вопросы ответил. После этого Лука вручил устав монастыря – книжку в красном переплете и посоветовал не затягивать, а прямо сегодня начинать заучивать. Алессандро отложил книгу, как только Лука отошел к своему месту.

– Будем знакомы сосед, – он дружелюбно улыбаясь протянул руку.

– Я помню, что ты Алессандро, – протянул и пожал руку Кряк.

Алессандро испытывал явное удовольствие от соседства с Кряком, ведь справа у него жил мрачный, нелюдимый и молчаливый Бернар: черноволосый, густобровый с большими губами и мясистым носом, туповатым взглядом, черноглазый, немного ниже Алессандро, но на вид гораздо сильнее. Он сидел как статуя у себя на кровати перед молитвенником, только губы подергиваясь, выдавали внутреннее внимание и сосредоточение на чтении. Кряк понял, что Луку побаивались и старались держаться с ним осторожно, от него не ускользнуло, что Алессандро облегченно выдохнул и расслабился, как только Лука отошел к своему месту.

– Мы все как братья, после выпуска нас могут отправить служить всех вместе в одну епархию, – Алессандро зачем-то завел этот разговор.

– Мне все равно где ловить гадин! – воинственно сказал Кряк.

Эти слова подействовали на Бернара пробуждающее. Он ожил, отложил молитвенник в шкаф.

– Весь мир – это филиал ада! Нам работы везде хватит. Даже в нашем святом монастыре живет пару сатанинский отродий! – последнюю фразу Бернар проговорил на пол тона тише.

Голос у него был старческий с хрипотцой, совсем не похожий на юношу его возраста. Чернобровый и тяжелый взгляд, его лицо – излучало неприязнь. Алессандро сразу погрустнел, как только Бернар открыл рот. Кряку понравился боевой задор мрачного Бернара.

– Разве в таком святом месте может находиться дьявол? – удивленно спросил Кряк.

– Еще как может! Бес живет везде, в том числе и в нашей комнате! – Бернар широко провел рукой по пространству.

– Сейчас проверим, есть ли у тебя под матрасом пентаграмма сделанная на куске человеческой кожи! – весело вскочил Алессандро, пытаясь заглянуть под матрас Бернару.

Троица весело захохотала. Алессандро разрядил обстановку смелой шуткой, что безусловно сблизило их.

– Он ее зашил у себя в заднице, чтобы отец Трифон даже в душе не смог найти! – продолжил заливаясь Алессандро.

Смех друзей наполнился новыми звонкими нотами, что привлекло других жителей комнаты. Первый подскочил с горящими глазами праведника Лука.

– Прекратите ваши богомерзкие шуточки в стенах святой обители! – выпалил он визгливым, противным голоском.

Троица тут же умолкла. Как только Лука вернулся к своим занятиям, Алессандро прошептал на ухо Кряку:

– Советую по меньше говорить в его присутствии, он каждую пятницу ходит на доклад к матушке Екатерине и все рассказывает. Вот и теперь нам наказания не избежать.

– За что нас наказывать? – удивился Кряк.

– Смех в монастыре считается дьявольским порождением! Бес специально шепчет такие гадости, чтобы мы посмеялись и отступили от веры.

Кряк взглянул в глаза Алессандро, пытаясь понять смысл этого. Но тут вмешался Бернар:

– Есть предмет – демонология, учитель старый монах Лазарь – это он так говорит!

– Когда бывают уроки демоногогии? – спросил Кряк, не сумев правильно выговорить сложное для его юношеского ума слово.

– Де-мо-но-ло-гия! – выпалил по слогам Алессандро.

– Все о мире дьявола и его слуг! – добавил Бернар.