Читаем Крестраж # 1 полностью

Второе по значимости, но не по важности, моё достижение — это собственное убежище, о котором знало исчезающе мало народа. Только трое, исключая меня и банкиров–гномов, но те в любом случае молчать будут, не в их правилах распространяться о своих сделках, даже бывший владелец, мистер О'Нил не знал кто нынешний хозяин дома. Из этого списка можно исключить и родителей Гермионы, как немагов и не могущих определить местоположение моего Логова по определению.

Третье — это мои отношения с Гермионой. Меня просто бесило, что я мог бы наплевать на такую девушку рядом с собой и просто отдать её рыжему придурку, как это случилось в другой истории. Просто в голове не укладывалось, почему я «там» поступил так. Рыжая Уизли вообще никаких чувств не вызывала, кроме отвращения. Возможно, это отголоски ритуала Ханеша, но чувствовать в ментале вонючую помойку, когда она рядом, было невыносимо. Не понимаю, как в таком юном возрасте можно быть настолько отталкивающе–порочной и избалованной. Впрочем, про избалованность, тут нет ничего удивительного, при таком количестве братьев, единственная девчонка в семье и будет избалованна. Остаются только догадки, почему никто не обратил внимания, даже её братья, что младшая Уизли тогда по школе в обнимку с тёмным артефактом ходила, а всем было плевать, как будто так и нужно, да и видок у неё был, конечно, так себе.

Вообще, как–то так получилось, что с этим семейством у меня в Хогвартсе настоящая тайная война ведётся и в этой войне у меня только один настоящий союзник, без всяких скидок — настоящий и непримиримый. Несмотря на приказы Гермионы, Живоглот не перестал делать гадости Джиневре Уизли, пусть теперь они и не были такими радикальными как в самом начале, но приносили мелкой рыжей кучу неприятностей. Начнём с того, что внезапно у неё обнаружилась аллергия на кошек, которой до этого не замечалось. Уизли вот уже месяц ходила по школе с распухшим носом, красными слезящимися глазами и соплями до колен. Мадам Помфри совершенно сбилась с ног переделывая и заказывая у Снейпа всё новые и новые рецепты на основе зелья Пельмана против аллергических реакций. Но это слабо помогало, так как упорный кот–хаосит уже пару раз разорял кладовую нашего зельевара на магические ингредиенты и жрал всякую гадость, чтобы потом вылизывать свою шерсть и в очередной раз, затем, валяться на подушке кровати младшей Уизли. Ко всему прочему, от неё стало отвратительно пованивать кошачьей мочой, от чего её стали сторониться подружки. Плюсом шло, что Снейп, после таких набегов Живоглота на свои запасы, думал только на близнецов Уизли и после кошмарил их нещадно. Сами виноваты, что создали себе подобную репутацию. Поймать и доказать, что это проделки Живоглота никто не мог, кошек как фамильяров большинство девчонок держат. Я сам только случайно и под мантией–невидимкой смог проследить как этот псевдокот всё проделывает.

Перси Уизли тоже досталось. Отчего–то Алан Виккерс решил, что это именно наш староста виноват в том, что у него исчезли воспоминания почти за час жизни и уже несколько раз выдавал ему на орехи. Девчонки–охотницы, во главе с Джонсон тоже не отставали и, наконец, все Уизли почувствовали на своей шкуре, как это — настроить против себя весь факультет. За отсутствием Дамблдора, который их постоянно прикрывал и выгораживал, всем им сейчас жилось очень несладко. Тут даже МакГонагалл не понимала с чего весь сыр–бор организовался и с недоумением взирала на такую ситуацию.