Читаем Крестная мать полностью

Тем временем в импровизированном офисе в особняке Донны Беллы свет гасили, когда стрелки часов переваливали далеко за полночь. Неутомимая Джейн и предусмотрительный Креплах ковали предстоящую победу хозяйки, что должно было обеспечить им высокое положение в будущей иерархии власти. Донна давно заметила, что они вполне могли бы составить хорошую пару, и не упустила случая прокомментировать однажды свое наблюдение.

- Как ты находишь Кальвина? - спросила она у Джейн.

- Очень предусмотрительный и проницательный человек.

- Это всем известно, - отрезала Донна. - Что ты можешь сказать по существу?

- Ну, он довольно симпатичный, - с улыбкой призналась Джейн.

- Вот именно! - воскликнула она. - Умный, проницательный, симпатичный, да к тому же еврей.

- К чему все эти разговоры?

- Из таких мужчин получаются великолепные мужья, - пояснила Донна.

- Эй, подожди минутку, - Джейн с грохотом отодвинула свой стул и вышла из-за стола, - по-моему всем известно, что я из кожи вон лезу, чтобы обеспечить успех твоей кампании.

- Еще немного усилий и ты будешь работать на два фронта, одно другому не мешает. Я уверена в твоей победе на всех направлениях.

- Ты очаровательная женщина! - воскликнула девушка. - Я люблю тебя!

- А его? - сказала Донна, вставая.

- И его тоже, - призналась Джейн.

- Хорошо, все должно пройти великолепно, - она направилась к выходу из офиса. - А пока мне нужно пойти прорепетировать свою речь.

Ее первое выступление должно было состояться на встрече Организации Еврейских матерей северного Нью-Джерси. Для полного успеха она разбросала в тексте речи словно изюм в пироге множество еврейских выражений, кроме того её слушательницы наверняка весь вечер как приклеенные будут глазеть со своих стульев на статных молодчиков из "Мохеровой милиции".

- Ты собираешься выучить речь наизусть? - полюбопытствовала Джейн.

- Это абсолютно лишнее, - твердо заметила Донна. - Я буду держать листы с моей речью в руках, так будут лучше видны кольца на моих руках. Для них это будет все равно как глазурь к моему пирогу.

Не удивительно, что она оказалась права. Теплый прием и несмолкающие аплодисменты способствовали появлению на следующий день восторженных откликов в печати. Стратегия Джейн наконец-то начала приносить свои плоды. Она всегда настаивала на том, чтобы Донна почаще появлялась на людях.

- Звезд любят все. Ты новая звезда на политическом небосклоне. В этом штате уже лет сто ничего не происходило. Дай людям немного поразвлечься, пищу для разговоров, пусть себе забавляются.

Когда Донна наконец уступила настойчивым требованиям Джейн, все пошло как по маслу. Ее неизменный рефрен о том, что она простая домохозяйка из Нью-Джерси и досконально знает заботы и чаяния своих соотечественников, всегда пользовался успехом. Потом толпу кормили простыми, доходчивыми истинами типа: "Хлеб насущный - каждой семье", "У наших мужей должна быть работа", "Нашим детям необходимо хорошее образование" и так далее.

В одно время Креплах хотел, чтобы Донна высказалась по поводу американской политики во Вьетнаме, но встретил с её стороны решительный отпор.

- Ни за что, - отстаивала она свое мнение. - Единственная война, которая может меня касаться, это распри между семьями моего штата. Я не знаю этих людей и не хочу вмешиваться в их дела, равно как и не позволю им совать нос в мои.

Если речи и были похожи как близнецы, то развлечения строго соответствовали интересам аудитории. Для итальянцев всегда исполняли "О соле мио", звучали обязательные для этого случая мандолины и аккордеоны, после её выступления в молодежных кампусах всю ночь выступали рок-группы.

- Даже польку для поляков, - вздыхала она, расплачиваясь после концерта с руководителем очередного ансамбля.

- У нас не было только дрессированных медведей, - пошутил однажды Кальвин.

- Бесполезная трата, - возразила Джейн, сверяясь со своими записями, в нашем округе слишком мало русских, чтобы оправдать эти расходы.

Вражеский лагерь буквально бился в истерике. Они не могли обвинить Донну в преступном прошлом, ведь у них не было доказательств. Им даже трудно было критиковать источники финансирования её предвыборной кампании, потому что у неё их просто не было, и в то же время они не могли себе позволить таких расходов, поэтому Донна Белла была практически вне конкуренции. Перед каждым её выступлением четверо охранников их "Мохеровой милиции" вставали по углам её трибуны и это производило на публику неизгладимое впечатление. Сама Донна расточала толпе воздушные поцелуи, взывала к памяти своего покойного супруга, обнимала приглашенных знаменитостей и ухитрялась вызывать у толпы смех и слезы одновременно.

Целый штат был уже заклеен её портретами, избирательная кампания наконец вступила в завершающую фазу, а до решающего дня осталось всего три недели. Именно в этот момент Джейн решила несколько изменить тактику.

- С этого момента нам нужно будет сосредоточиться на двух основных проблемах, - объявила она на очередном собрании своего предвыборного штаба.

- И что это за проблемы? - поинтересовалась Донна.