Между тем Лоуэнберг заявил протест по поводу нарушения процессуальных норм на том основании, что разделение дел Анжельвена и Скалия нарушает права его подопечного. Протест был отклонен.

На следующий день Бауман зачитал обвинительное заключение. Обвинение неопровержимо установило наличие сговора, в котором Скалия был связан с Пэтси Фуке, технической экспертизой было доказано, что в машине Анжельвена транспортировался героин, обнаруженный в подвале Фуке. Теперь слово предоставили защите. Выступление Лоуэнберга свелось, по существу, к просьбе о милосердии. Был объявлен перерыв до вторника, 28 мая.

В этот день судья Лейбовиц обратился с заключительным словом к присяжным, затем они удалились на совещание и через полтора часа вынесли вердикт: делу Скалия: "Виновен по всем трем пунктам обвинения".

Окружная прокуратура немедленно потребовала заключить его в тюрьму без права освобождения под залог.

Судья Лейбовиц согласился:

– Такие негодяи, которые ввозят груз страданий в эту страну, не заслуживают никакого снисхождения. Благодаря этим крысам наша страна настолько наводнена коварными наркотиками, что несчастные люди превращаются в наркоманов. Это не мелкий "толкач" или наркоман, продающий несколько доз, чтобы купить дозу для себя. Это – крупный хищник. И он может быть уверен, что испытает на себе тяжелую десницу закона. Она обрушится на него в день вынесения приговора.

Вынесение приговора было назначено на 13 сентября.

Эдди Игэн и Сонни Гроссо вышли из зала суда на солнце, все ещё гревшее в этот весенний вечер. Сонни только что стал детективом первого класса, снова приближался бейсбольный сезон – мир казался прекрасным.

– Ну и куда мы теперь? – спросил Сонни.

– Может быть, отметим? Прошвырнемся куда-нибудь. Как насчет "Копакабаны"?

Сонни недоверчиво покосился на партнера.

– "Копакабана"? Ты что, шутишь? 

Эпилог

 13 сентября 1963 года судья Лейбовиц вынес приговор Жаку Анжельвену и Франсуа Скалия. Казаноф напомнил суду о детях Анжельвена и его престарелых родителях, которые написали судье: "У нас единственный сын, и жизнь наша подходит к концу, мы хотим успеть помочь ему исправится". Адвокат процитировал также письма в защиту Анжельвена от таких знаменитостей, как Морис Шевалье, Ив Монтан и Симона Синьоре.

Лоуэнберг тоже просил о снисхождении, упомянув, что во время Второй мировой войны Скалия в подполье боролся против нацистов. Он заявил, что Скалия раскаивается и...

Судья прервал его.

– Ну, он далек от раскаяния. Он отказался говорить с инспектором об условном осуждении и заявил, что использует свой шанс на апелляцию.

Судья Лейбовиц приговорил Анжельвена к трем годам минимум и к шести годам максимум тюремного заключения в Синг-Синге. Затем обратился к Скалия:

– Вы одно из самых презренных созданий, когда-либо представавших перед этим уголовным судом. Вы не заслуживаете милосердия – никакого, и пусть известие долетит до Франции, до других торговцев смертью, таких, как вы, что если их арестуют в нашей стране, они также понесут самое суровое наказание.

С этими словами судья Лейбовиц объявил приговор корсиканцу Скалия: Синг Синг, затем государственная тюрьма в Аттике с последовательным отбытием сроков семь с половиной и пятнадцать лет, далее три с половиной и семь лет – максимум двадцать два года. Самое суровое наказание, вынесенное обвиняемым в этом деле.

Через три месяца, в январе 1964 года, Пэтси Фуке наконец-то объявили приговор. Он, как и его брат Тони, которого судили в Бронксе, получил семь с половиной и пятнадцать лет. Что касается старого Джо Фуке, приговоренного к трем с половиной годам, его наказание отсрочили, и он отправился домой коротать дни в компании с бутылкой.

В мае 1967 года таинственный Жан Жеан наконец-то был схвачен в Париже французской Сюртэ. Из-за его преклонного возраста французская полиция отклонила запрос американского Федерального бюро по борьбе с наркотиками об экстрадиции, и теперь зловещий старый повеса живет себе во Франции, под бдительным присмотром полиции.

Вероятно, Жеан – единственный, кто мог бы рассказать, что случилось с деньгами, полученными за товар – порядка 500 000 долларов, которые так и не нашли. Возможно, только он знает, что случилось с таинственным Жаном Мореном, единственным соучастником дела Пэтси, так и оставшимся неизвестным.

Что касается Жака Анжельвена, того освободили из тюрьмы весной 1968 года и он сразу вернулся во Францию, где теперь проживает в относительной безвестности, хотя и не устоял перед искушением немного заработать, опубликовав воспоминания о своем пребывании в американских тюрьмах. Те в основном показались ему более комфортабельными, чем многие французские отели.

В заключение – несколько последних новостей.

В августе 1968 года полиция Нью-Йорка сообщила, что найдены тела двух бандитов, очевидно, жертв гангстерской расправы. Оба были известны полиции в качестве приближенных главы бруклинской наркогруппировки Анджело Туминаро.