Получив возможность осмотреть заведение Пэтси, Эдди с Сонни теперь раздумывали, каким бы образом проникнуть к нему в дом. Спустя два дня Барбара Фуке сама открыла перед ними двери. Прослушивание магнитофонной ленты, записанной в "гнезде" на Шестьдесят седьмой улице, выявило, что она звонила в магазин "Мейси" и заказала тканей на сто восемьдесят семь долларов с доставкой на дом на следующий день не позднее полудня. Игэн позвонил начальнику службы безопасности универмага и вытянул из него информацию о том, что товар будет отправлен завтра утром через "Юнайтед Пасл Сервис". Затем связался с Ю-Пи-Эс и выяснил у них, в какое время грузовик, доставляющий товар, появится в районе Шестьдесят седьмой улицы и Двенадцатой Авеню и каким будет его вероятный маршрут.

На следующий день Игэн и Гроссо перехватили фургон Ю-Пи-Эс в трех кварталах от дома 1224 по Шестьдесят седьмой улице. Игэн показал свой значок и объяснил, не вдаваясь в подробности, что они выполняют служебное задание и хотели бы позаимствовать грузовичок на полчаса или около того. Расстроенному водителю он предложил позвонить шефу службы безопасности и проверить. Несколько минут спустя он реквизировал его коричневую куртку и фуражку, сел в фургон и уехал, а Сонни вежливо проводил сбитого с толку водителя к своему автомобилю с откидным верхом, припаркованному на Шестьдесят пятой улице возле Десятой Авеню.

Около трех часов пополудни Игэн с коробкой отрезов уже звонил в дом Фуке. Дверь открыла Барбара. Лицо её было довольно привлекательным, но волосы оказались ни белокурыми, ни ухоженными; они, как с удивлением заметил Игэн, были короткими и неопрятными, тусклого, коричневато-мышиного цвета. Итак, она носит парик. Стоит запомнить.

Игэн внес большую коробку в гостиную. Дом был прекрасно обставлен, явно поработал специалист. Пол устлан толстым белым ковром, старинная мебель драпирована тканью насыщенного синего цвета; похоже, в доме обожали подвешивать лампы на цепочки, и медь, или золото, или что бы это ни было ослепительно сверкало, наводя на мысль о безупречном уходе. Игэн подумал, что при такой роскоши и порядке женщине пришлось бы держать собственных детей на чердаке под замком. Но на диване сидела другая женщина, а на полу расположились двое маленьких детей с цветными мелками и книжками-раскрасками. Он вспомнил, что у четы Фуке был только один ребенок, которому ещё не исполнилось и двух лет, значит, дети пришли с гостьей.

Наметанным глазом, он подметил кое-что еще: пониже окна в стене дома, едва видимые за белой драпировкой, были проложены провода охранной сигнализации.

Пэтси оказался предусмотрительным человеком.

Доставка подлежала оплате наличными, и Барбара пошла к письменному столу во французском стиле, стоявшему в другом углу гостиной. Она выдвинула ящик, затем сунула туда руку, – Игэн не сводил с неё глаз, – казалось, поискала там нечто вроде тайника, она нашла его – и второй, потайной, ящик выдвинулся из стола под первым.

Игэну пришлось напрячься, чтобы скрыть свое изумление, потому что он уже видел подобное устройство прежде. Такие секретные штучки были специальностью одного итальянца-краснодеревщика, который работал только на важных мафиози.

Барбара достала из потайного ящика пачку купюр, отсчитала сто восемьдесят семь долларов и отдала их Игэну. Тот попросил её подписать копию квитанции и поблагодарил. Она улыбнулась, и он коснулся фуражки, прощаясь. Дети ни разу на него не взглянули.

Этот эпизод заставил Эдди с Сонни предположить, что жена Пэтси, знал тот об этом или нет, имела доступ к его тайнику. Следующий вывод детективов заключался в том, что Пэтси не только имел привычку хранить у себя дома крупные суммы наличных, но и, вполне возможно, проявлял недопустимую небрежность, не ведя постоянного учета этих денег.

Это, в свою очередь, логически привело к ещё нескольким умозаключениям. Если Пэтси занимался сбытом героина, он мог выступать доверенным лицом Малыша Энджи в сделках с покупателями; эта высокая должность явно вскружила ему голову, и он начал проявлять беспечность. Естественно, каждый наркосбытчик, плативший ему, знал с точностью до унции количество наркотика, которое он должен получить от Пэтси, и, тем не менее, Пэтси не вел учета, а просто совал наличность в свой потайной ящик. Учитывая, что для его жены это не было секретом, подобная ситуация была чревата недостачей. Пэтси, судя по всему, выдающимся умом не отличался, но, с другой стороны, был весьма осторожен, и его нельзя было недооценивать.

– Бедняга Пэтси, – хихикал Эдди, – если у него не хватит денег оплатить следующую поставку, кое-кто из сбытчиков не получит того, на что рассчитывает.

– А когда эти друзья разберутся, в чем дело?

Так или иначе, детективы ещё больше прониклись уверенностью, что Пэтси Фуке станет тем инструментом, с помощью которого они извлекут Малыша Энджи Туминаро из щели, в которую тот забился.  

Глава 4