Читаем Крестная мать полностью

Но в одиннадцать утра, светлым тихоокеанским утром, директор телевидения Лос-Анжелеса позвонил руководителю программы в Нью-Йорк узнать о прошлом Дэа Гинес, которую предлагали на работу. Переговорив, он немедленно позвонил Маккейбу.

- Ты знаешь, что полиция Нью-Йорка разыскивает твою Гинес?

- И что случилось?

- Запрос из полиции Беверли-Хиллз. Видимо, она им нужна и они проследили её по правам до Нью-Йорка.

- Позволь мне поговорить с ней. Я отвезу её в полицию.

- Ладно, но не вмешивай в это всех.

- Разумеется.

Маккейб, повесив трубку, посмотрел на телефон так, будто директор спятил. Не только всех не вмешивать, но и не вмешивать самого Маккейба.

Когда он позвонил, Дэа не было в номере, поэтому он приехал в отель и дожидался её в холле.

Если бы он зашел в большой бар отеля, то нашел бы её. Она сидела перед двойной порцией водки с тоником, поглядывая на часы на запястье. В час тридцать по тихоокеанскому времени она решилась, подошла к междугороднему коммутатору в холле и заказала разговор с Джонни Колини, "Рейнбоу Рум" в Рокфеллер центре, Нью-Йорк.

Она была девушкой из Уайт Плейнз, и эта девушка окончательно обезумела от любви к Джонни Колини.

В три тридцать по местному времени Маккейб её нашел. Она была пьяна и все ещё пыталась связаться с Джонни Колини, чтобы сказать ему, что предала его, но все равно любит.

- Сегодня он умрет, - пыталась объяснить она Маккейбу. - Я обещала ему, что он проживет долго. Я не могу позволить им убить его сегодня.

Маккейб увел её, но не к себе. В маленьком, темном кафе на Санта Моника он привел её с себя, и за черным кофе она рассказала ему о каньоне Кулуотер.

Он смотрел на неё с состраданием и сочувствием, но мысли его были мыслями человека, который живет жизнью телевидения. Если девушка, которую он привел в команду и порекомендовал на должность в штат, оказалась замешана в убийствах в каньоне Кулуотер, Маккейб может переучиваться на младшего поваренка в передвижной закусочной. Малейшего скандала достаточно, чтобы разрушить карьеру, и не только этот канал, но и вся телеиндустрия знать не захочет Маккейба, ничтожество, который хотел дать работу террористке, когда её разыскивают копы.

- Сейчас слушай внимательно, Дэа, - сказал он. - Мы поедем в полицию вместе. Благодари Бога, что я поехал вчера - и один. Мы скажем полиции, что ты возила меня в Бальбойю, куда я вправду ездил. Слушай внимательно...

Она внимательно слушала, уже протрезвев, и думала о камере в тюрьме Сан-Квентин, где незнакомцы наблюдают в окошечко, а женщины сидят на стульях.

В полиции их выслушали внимательно, история была хороша. Дэа Гинес, хорошая девочка без каких-либо связей с криминалом, её нью-йоркское прошлое безупречно. Маккейб - хорошо известное на телевидении имя. Она взяла напрокат машину на собственное имя и ездила в Бальбойю с Маккейбом.

А она была подготовлена к встрече. Она не только регистрировалась под чужим именем в отелях, но поставила фальшивое имя даже на билете из Нью-Йорка. Можете понять, почему: напряженная работа на телевидении её измотала, и она хотела на несколько дней затеряться.

Она приехала в Лос-Анжелес одна, одна провела ночь в отеле. Потом позвонила Маккейбу и рассказала о своих эмоциональных проблемах по дороге в Бальбойю.

Пока детективы улыбались и изображали дружелюбие, прозванивались авиалинии. История мисс Гинес подтвердилась. Они поулыбались еще, пожали руку Маккейбу и вернулись к проверке других красно-белых открытых машин.

Маккейб позвонил директору и высмеял его опасения.

- Безумное совпадение, - сказал он. - Она взяла напрокат машину, и они стали рвать и метать, потому что искали блондинку, арендовавшую машину. Когда поняли, что попали пальцем в небо, то вернулись к своей обычной волоките.

Позже Маккейб женится на Дэа Гинес, отчасти потому, что теперь болезненно ей восхищался, отчасти потому, что не знал, как ещё поступить если она ещё когда нибудь сойдет с пути истинного и начнет говорить правду, ему суждено учиться на поваренка или ещё кого-нибудь - после выхода из тюрьмы.

Миссис Дэа Мак-Кейб долгие годы будет гадать, что случилось с Джонни Колини. Но никогда более она не произносила его имени, разве что наедине и шепотом.

Когда допрос наконец закончился, Джонни вернулся в отель и лег в постель. Один раз его разбудил звонок менеджера, который холодным масляным голосом сказал ему, что отелю необходим номер мистера Колини.

- Номер нужен мне самому, - ответил Джонни. - А если хотите поспорить по этому поводу, поднимайтесь. Я люблю полицию не больше вас.

Он выспался, а проснувшись, обнаружил плотный завтрак и присланные ему газеты.

За едой он понял, почему имя Майка Сантанджело не всплыло предыдущими днем и ночью. Он прочитал о совпавших смертях - от сердечного приступа - в Нью-Йорке и в Риме, о кончине двоих людей, которые начали вместе в трущобах Чикаго и которые выжили, когда сотни других умирали от пуль, ножей, от взрывчатки и яда, и стали повелителями преступного мира.