Читаем Крест Гитлера полностью

Сейчас — весна для христианской Церкви, исполненной надежды и ожидания, — время испытаний. Бог дал сатане свободу действий, и потому он может встряхивать нас, в результате чего можно увидеть, какие мы есть в действительности!..

Сатана раскачивает свое сито, и христиан бросает из стороны в сторону, — и тот, кто не готов страдать, кто называет себя христианином только потому, что надеется таким образом извлечь какую-то выгоду для своей нации или своего народа, уносится ветром этого времени, как солома.103

Бог позволил сатане встряхнуть всю церковь Германии, чтобы отделить пшеницу от соломы. Христос не покинул Свой народ. С теми, кто вверяет Ему свои вечные души, Он пройдет сквозь огонь бедствий. Христос обещал, что Он построит Свою Церковь, и «врата ада не одолеют ее». Церковь, какой бы маленькой и по-человечески слабой она ни была, все равно одержит победу.

Нас не должно удивлять то, что временами Бог строго судит Церковь. Церковь в Эфесе, потерявшую свою первую любовь, Христос предупредил: «Покайся, и твори прежние дела; а если не так, скоро приду к тебе, и сдвину светильник твой с места его, если не покаешься» (Откровение 2:5). «Светильник» в церкви Германии был большей частью вырван со своего места, когда Крест, перед которым должен склониться каждый человек, был заменен крестом, перед которым маршировали надменные личности.

Ближе к концу этой главы мы познакомимся с одним немецким богословом. Он расскажет о том, как силы злобы были высвобождены в нацистской Германии из-за того, что был попран крест Христов. По его мнению, церковь разбилась о камень под названием «Бог», потому что «Бог поругаем не бывает». Когда Крест был объединен со свастикой, он перестал быть «силой Божьей ко спасению».

Но даже в суде была проявлена милость. Многие истинные верующие ощущали силу Христа, когда Он поддерживал их, утешая, укрепляя и очищая. В некоторых церквях продолжались молитвенные собрания и проповедь Евангелия. Церковь не была уничтожена, хотя и подверглась чистке, и численно была меньше, чем можно было бы ожидать.

Что касается Бонхёффера, то он продолжал смело настаивать на том, что Церковь должна вернуться ко Христу. В последний раз он проповедовал на собрании пасторов Исповедующей церкви в январе 1936 года. Находя все меньше и меньше поддержки, он призывал лидеров вернуться, невзирая на цену, к исполнению своей миссии. Некоторые из его студентов, присутствовавших на том собрании, позже подверглись критике за свои резкие выпады в ходе дискуссии. Эта критика была использована для опровержения всего того, что Бонхёффер говорил и на чем он настаивал. В ответ он отметил, что все это является незначительным по сравнению с тем кризисом, с которым столкнулась церковь: «На повестке дня нечто намного более серьезное, а именно — потребность в том, чтобы авторитетом было только Слово Божье».104

Бонхёффер не мог убедить себя с уважением относиться к пасторам, продолжающим поддерживать «германское христианство». Он признавал, что есть давление, понуждающее к компромиссу, но убеждал тех, кто был облечен ответственностью проповедовать Евангелие, пребывать твердыми. Он рассказывал о том, как один из его собственных студентов решил оставить Исповедующую церковь и присоединиться к церкви Рейха. В дискуссии с ним Бонхёффер провел несколько часов, указывая на то, что подобное отступление является отступлением от Христа. Он был глубоко огорчен, когда студент все-таки решил последовать по пути компромисса.

Он также был разочарован тем, сколь немногие были готовы заплатить цену верности Евангелию Бога. Несмотря на сильное чувство одиночества, он был непреклонен в своей уверенности в том, что церковь Рейха стала отступнической. «Должен сказать, что, по моему мнению, всякий, кто каким-либо образом подчиняется Церковному комитету [церкви Рейха], не может оставаться членом нашей церкви».