Читаем Крепость (ЛП) полностью

Понимаю, что не могу стоять долго на одном месте, а потому выбираю цель и вперед, через весь лагерь. Пока я так гордо вышагиваю, никому не ведомо, что за мысли роятся у меня в голове, а они невольно возвращают меня к цели моего приезда сюда: заинтересовать Деница во время рисования делом Зуркампа и решить эту безумную задачу. Насколько я знаю Деница, ему известно имя Петера Зуркампа еще по его издательской деятельности. Дениц известен мне также своей необразованностью и отсутствием всякой культуры, к тому же это бесчувственный и бестактный человек. Точно как и его фюрер — пришедший к власти, почету и уважению выскочка.

Возможно, начштаба посвящен в то, что произошло с Зуркампом — или слышал что-нибудь? Опасаюсь лишь того, что как только он услышит об истории с арестом, то захлопнет занавес перед самым моим носом. Едва ли он захочет засветиться за спиной своего шефа, и к тому же у него совсем другие заботы…. Однако, как пес грызет брошенную ему кость, так и меня гложет одна мысль: как мне устроить дело так, чтобы начштаба замолвил словечко о Зуркампе? И каким образом ухитриться сделать это как бы вскользь, мимоходом? Так мимоходом, чтобы не отвратить его от разговора вовсе, в его кабинете это не получится, мне это известно наверняка. Попытаюсь-ка перехватить его в столовой, сегодня вечером — приду туда пораньше и подкараулю его там.

Но до вечера у меня еще уйма времени. Надо пока пописать что-нибудь. В моей комнатке стоит стол и стул, а для письма этого более чем достаточно. Но туда меня пока не тянет, и я слоняюсь по лагерю, осматривая его. В «предбаннике» столовой выставлена экспозиция: «НАШИ ПОГИБШИЕ ГЕРОИ». В рамочках под стеклом фотографии командиров погибших подлодок, рамки висят точно пригнанные друг к другу. Под одной из рамок, откуда смотрит лицо Эндраса, мой взгляд наталкивается на также находящуюся под стеклом вырезку из газеты: «К выдающимся подвигам Эндраса мы относим потопление самого большого британского крейсера «Каринтия», водоизмещением 22000 тонн и современного крейсера «Данвеган Касл», водоизмещением 15000 тонн. При борьбе, как с одним, так и с другим, непосредственно у восточного побережья Англии, Эндрас действовал хладнокровно и осторожно. Даже сплоченные вражеские силы безопасности и армия не смогли отвратить храброго командира от однажды принятого решения. Будучи пятым командиром подлодки, Эндрас перевыполнил план Главнокомандующего Вермахтом от 9 июля 1941 года по цифрам затопления вражеских судов в 200000 тонн. Великий фюрер наградил Эндраса за его выдающиеся подвиги Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту ордена Железного креста. А приказом главкома ВМФ за особые отличия в битве с врагами, Эндрасу присвоено звание капитан-лейтенант.» Н-да.… В конце-концов, капитан-лейтенант Эндрас за свое неоднократно отмеченное «мужество в борьбе» получил все это: фото по грудь в плохонькой рамочке, лицо немного в профиль, с черным муаром в углу, да хвалебную статью в военной газете.

Перед своим последним боевым походом Эндрас был почти конченным человеком. Меня тогда еще насторожили странные искорки в его глазах. Он, очевидно, предчувствовал, что не вернется. Как в воду глядел!

За ужином в столовой украдкой осматриваю присутствующих. Царит довольно большое оживление: большинство присутствующих младшие офицеры, но присутствуют и офицеры среднего и старшего звена. Понятия не имею, что побудило Деница сбить в кучу всех этих начальников учебных флотилий и боевых командиров. Вероятно, так как он считает, что скоро начнется вторжение, да еще начинается финал всей этой авантюры — а потому все офицеры действующих фронтовых подлодок должны будут выслушать эти набившие оскомину лозунги и призывы: сделать все возможное для окончательной победы в войне.

В обрывках доносящихся до меня слева и справа разговоров звучат описания ужасов последнего налета. Говорят о больших соединениях бомбардировщиков, ежедневно барражирующих над Францией и бомбящих транспортные коммуникации: аэродромы, улицы, железнодорожные узлы, сортировочные станции, вокзалы…. А в первую очередь — мосты.

Никаких сомнений: Францию «утюжат» готовя высадку десанта союзников. Но когда она начнется? И где? Если напрямую атаковать какой-нибудь порт, то придется учитывать весь печальный опыт Дьепа. Значит, все-таки они высадятся вблизи какого-нибудь порта? Там и прямо имеется множество неглубоких бухт. Но им все равно нужен будет порт, т. к. нельзя сорвать необходимого десанту снабжения, а снабжение можно организовать лишь с помощью больших кораблей. Десантных паромов, штурмовых судов — все просто здорово! Ну, а что, если у Союзников не все пройдет так же здорово и на суше?

Поужинав, двигаюсь в пивнушку расположенную в помещении, напоминающем гарнизонный клуб, попить пивка и здесь слышу обрывки фраз:

— Что там случилось утром?

— Все это после разжалования за потерю подлодки!

— Ему, конечно, должно было бы быть, по крайней мере, стыдно!