Читаем Крепость полностью

В первый раз я увидел нашу машину в мастерской – в крыше автомобиля вырезали люк. Это просто здорово: я смогу стоять во весь рост и осматривать окружающее пространство как командир танка. Правда, неясно, что делать во время дождя под такой крышей? Слышу, как другие водители всерьез советуют моему дылде снять дверцы с машины, ведь тогда, во время воздушного налета, мы сможем быстрее покинуть автомобиль, а тот флегматично отвечает коротко: «Люблю катастрофы!» Один из шоферов тут же замечает, что согласно приказу ОКВ, слово «катастрофа» запрещено использовать, а вместо него следует говорить «большое бедствие».

Спросив своего рябого верзилу, умеет ли он готовить, узнаю, что слишком сложные блюда ему не особо удаются, но он отлично знает, как приготовить обычный суп из 200 граммов мяса и литра воды. Еще один шутник? Ну, поживем – увидим. В любом случае он довольно практичен: на заднем сиденье аккуратный рулон большой тяжелой маскировочной сетки. рядом и в багажнике стоят несколько канистр с бензином.

Но еще не все сделано. Водитель не включен в приказ на выезд.

- Все эти писаришки, одна банда козлов, господин лейтенант! – доносится до меня его голос.

- Тогда я немедленно потребую от них объяснений!

- Ах, оставьте вы это, господин лейтенант. Они делают все чертовски медленно!

- Ладно! – примирительно заявляю и чтобы не терять понапрасну время, советую ему вырезать дыру в маскировочной сетке по размеру люка в крыше нашего авто.

Когда, наконец, водитель появляется с приказом в руках, узнаю, что ему нужны проездные деньги. «Без денег, – произносит он жалобно, – нельзя ехать».

Приходится сдерживаться, чтобы не послать его подальше. У меня горит земля под ногами, а этот парень всеми своими действиями показывает, что сегодня мы не выедем. Все выглядит так, словно он уже придумал что-то на вечер.

Составляю маршрут нашей поездки: straight ahead на запад – Сен-Жермен, Мант, Вернон, через мост у Эльбёфа и на Руан. Затем Гавр и оттуда по побережью в направлении устья реки Сомме – на Абвиль, и если удастся то и на Амьен. Юго-восточнее лежит Компьен – интересно, на месте ли все еще салон-вагон у Компьена? – и 40 километров на восток от Компьена штаб-квартира Фюрера: у Суассона. Ее возвели 4 года назад, в ходе подготовки плана высадки в Англии – да так она и канула в лету.

На карте Лондон кажется рядом. Измеряю расстояние: 200 километров по прямой, не больше. Раз уж карта открыта, осматриваю побережье Англии: Плимут, Эксетер, Саутгемптон, Портсмут, Гастингс – битва при Гастингсе, высадка норманнов, ковер Байо.

Интересно, как сейчас выглядит Байо? Довольно часто я хотел съездить в Байо, да все не получалось. А теперь там янки.

Саутгемптон, Портсмут – они наверняка заявятся из этой дыры за Айл-оф-Уайт. Но что братишки планируют в действительности?

Неужто они на самом деле задумали захватить Париж и потому высадятся через Pas de Calais , где-то севернее Булони?

Наконец водитель получил свое денежное довольствие. Значит – едем! Еще до вечера нам надо успеть в Руан и провести весь следующий день там.

Йордан уже наготове со своим мотоциклом. Все свои пожитки он запихал в две огромные седельные сумки.

- Еще раз к Триумфальной Арке?

- Ясное дело! – отвечает Йордан.

Когда мы, наконец, трогаемся в путь, я смеюсь про себя: меня бросили на фронт – на автомобиле – как когда-то батальоны в бой у Марны на такси.

Бог мой! Как я рад тому, что наконец-то еду. Испытываю такое чувство, словно мне удалось оставить за спиной и Симону и кучу других проблем и забот. Вариться в собственном соку – наконец-то с этим покончено.

А теперь круг почета вокруг Триумфальной Арки.

Когда Арка остается позади, чувствую какое-то облегчение и глубоко вдыхаю всей грудью. Никакой больше нервотрепки, никакой головной боли. Внимательно смотреть по сторонам, отмечать маршрут и вовремя замечать признаки присутствия противника.

РУАН

Чтобы попасть в Руан без проблем, выбираю автостраду, выходящую из города на запад.

Йордан следует за нами на мотоцикле. Мы договорились, что я, если возникнет необходимость, обернусь к нему и рукой покажу знак опасности воздушного налета, т.к. самолеты врага часто пролетают в этой местности.

За Триумфальной Аркой, Avenue de la Grande Armee спускается стрелой на запад, в рассеянную серую дымку.

Читаю с трудом, как и обычно, слова рекламных вывесок: Occasions – Cr;dit Lyonnais – Mobilier de France – Pharmacie – T;l;graphes – Postes – T;l;phone – Boucherie – Cr;dit Commercial de France – Carrosserie – Charcuterie Comestibles .… Дальше читать мне мешают листья каштанов, закрывающие обе стороны улицы.