Глава 21. Средство Панафье поддержать у Луизы веру в клятву

Накануне этого дня Панафье с нетерпением ждал Луизу. Вечер давно наступил, а его подруги все не было. Как часто бывает в таких случаях, воображение Поля разыгралось. «Нет сомнения, – думал он, – что у нее есть связь где-то на стороне. Впрочем, надо быть таким глупцом, как я, чтобы не видеть, что она каждый день возвращается домой все позднее. Кроме того, она почти не работает, а лень – мать порока. Я запрещал ей видеться с Нисеттой, но она, скорее всего, не послушалась меня».

Мы должны сказать, что в доме произошла перемена. В один прекрасный день Левассер сошел с ума, и Нисетта сразу же оставила место привратницы. Отведя мужа в дом для умалишенных, она на обратном пути встретила одного достойного человека, который нанял ей небольшую квартирку, куда она очень часто приглашала Панафье. Последний, видя, что Нисетта возобновляет свою прежнюю жизнь, запретил Луизе видеться с ней.

Когда Луиза вернулась, Панафье хотел отругать ее, но она заговорила самым естественным тоном:

– Послушай, Поль, я почти окончательно разругалась со своим хозяином. Я предупреждала, что ты будешь ждать и сердиться.

– Ты же знаешь, что я не люблю, когда ты ходишь ночью по улицам.

– Почему ты не пришел за мной?

– Потому что ты могла бы подумать, что я ревную, а мне не нравится эта смешная роль.

Затем он взял ее за руку и, глядя в лицо, продолжал:

– Послушай, Луиза, ты помнишь клятву, которую ты мне дала?

– Да.

– Помни, что клятва – вещь ужасная.

Поль решил воспользоваться слабой стороной характера своей подруги.

Луиза была суеверна, и Поль поддерживал ее суеверия самыми фантастическими рассказами.

– Я рассказывал тебе историю женщины с двумя мужьями?

– Какой женщины? – спросила Луиза, краснея от любопытства.

– Той, которая поклялась умирающему мужу никогда не выходить замуж за другого.

Луиза была простая девушка. Она обожала всякие поучительные истории, которые не забывала в течение целых двух дней.

– Да, я расскажу тебе, и ты увидишь, что клятва что-нибудь да значит.

– С каким странным видом ты говоришь.

– Я хочу, чтобы эти мысли надолго остались у тебя в голове.

Мы должны сказать, что внимательный наблюдатель заметил бы во взглядах и ответах Луизы некоторое смущение. Она поспешно легла в постель и, опершись локтями на подушку, приготовилась внимательно слушать рассказ Панафье.

– Я начинаю, – возвестил он. – Прежде всего, я должен тебе сказать, что молодые девушки любят рано выходить замуж. Выходя замуж, они дают клятвы. Они очень любят их давать. Выйти замуж для них так просто! Молодая девушка встречает красивого молодого мужчину, они влюбляются друг в друга – и дело кончено.

Он взглянул на Луизу, она лежала, закрыв глаза.

– Черт возьми, она спит. Это очень важно. Надо присматривать за ней. Завтра, после встречи с братьями Лебрен, я схожу в ее магазин.

Он лег в свою постель, но напрасно пытался заснуть. Мысли о делах постоянно занимали его: «Завтра я увижусь с братьями. Мы узнаем, что это за таинственный аббат. Я убежден, что братья Лебрен и я ищем одного и того же человека. Нет сомнения, что он убил мою мать, чтобы ограбить ее. Мы напрасно думали, каким образом ночью домой мог прийти чужой человек. Это была ночь перед Рождеством и он мог войти к ней, переодевшись аббатом. Я должен прочитать донесение, которое у меня есть».

После этого Поль встал, вытащил из шкафа большое дело и со вниманием прочел следующее: «В квартале Батиньоль произошло страшное преступление: одна молодая вдова, имевшая некоторый достаток, была убита человеком, которого она привела с собой в ночь перед Рождеством. Поводом к преступлению был грабеж. Мы осмотрели комнату, в которой лежал окровавленный труп, и были поражены тем, что представилось нашим глазам.

Мы постараемся восстановить картину преступления. Было два часа ночи. По пустынному Клинянкурскому шоссе шли, разговаривая, два человека – мужчина и женщина, которые повернули на улицу Дам. Женщина была весела, а мужчина – озабочен. Женщина взяла мужчину за руку, чтобы провести его по узкой, темной лестнице. Мужчина зажег спичку, чтобы осветить путь. Так они поднялись на третий этаж.

Женщина вошла в свою квартиру, зажгла свечу. И возвратилась за своим спутником, который ждал на площадке.

При свете было видно, что женщине от 30 до 35 лет. Она была среднего роста, полная, почти толстая, довольно хорошо одетая, с приятным, даже красивым лицом: черные глаза, довольно полные губы, за которыми сверкали ровные зубы, маленький, вздернутый нос, полные, свежие щеки и очень красивые каштановые волосы. Она смеялась, принимая у себя гостя. Соседи слышали ее смех.