Читаем Краутия полностью

Вот если бы мы задумали общественный проект по посадке деревьев во дворах наших домов, деньги бы, по Чернышеву [8] , выступали только как один из конкретных видов ресурсов – наряду с саженцам, удобрениями, лопатами, мобильной связью. Они нужны в качестве оборотных средств – для оплаты труда привлеченных агрономов, для закупки тех редких ресурсов (саженцев), которые мы сами не в силах добыть или вырастить. Но это проценты или даже доли процентов от общих затрат на благоустройство.

Получается, что для реализации общественного проекта нужны не только и не столько деньги, сколько ресурсы, которых полно у местных жителей. Это означает, что в дополнение к сбору денежных средств в виде налогов у нас появляется альтернатива в качестве набора инструментов, обеспечивающих комплекс функций обмена, включая правообменные, расчетные, инвестиционные сделки вне прямой связи с обращающейся денежной массой.

В качестве примера Чернышев приводит игру в преферанс, где учет набранных вистов идет на салфетке, и только по окончании игры происходят клиринг и шлюз в реальные деньги по заранее установленному курсу.

Для реальной экономики Чернышев на примере инвестиционного контура и придуманной единицы «весть» показывает, что можно создать обменную систему для чего угодно. Эмиссия в инвестиционный контур должна определяться мощностью проектов, которые мы хотим запустить. Такая эмиссия может производиться ровно так же, как эмиссия чего угодно.

Для удобства давайте центр эмиссии назовем эмиссионно-инвестиционным банком. Этот банк эмитирует вести – добрые, благие – под заявленные проекты. Люди начинают расплачиваться вестями – но только в целях сопровождения сделок в неденежной форме в рамках инвестиционных проектов. Весь оборот может осуществляться внутри, не выходя из этого контура, за исключением трех случаев.

Во-первых, это шлюз в розничное (кэшевое) потребление. Предпринимателю надо платить зарплату, следовательно, часть капитала в проекте сразу нужна в денежной форме. В принципе, работникам тоже требуются не деньги сами по себе, а материальные блага, но денежная форма обращения таких прав все еще более удобна, чем безденежная, хотя человечество прожило без денег огромные эпохи своей эволюции и в скором будущем заново обучится обходиться без них. Также и сам предприниматель захочет часть произведенной добавочной стоимости потратить, что называется, «на жизнь», где ему тоже понадобятся деньги.

Второй шлюз – налоговый, ибо государство тоже сегодня предпочитает получать налоги всех мастей деньгами, а не борзыми щенками. Так было не всегда, оброк, дань и репарации часто брались в натуре.

Третий шлюз необходим, когда вы выходите во внешний мир, где люди не понимают, что такое ваша весть. Они не участвуют в проектах, не являются сами участниками инвестиционного цикла, не признают вашего стандарта. Этот шлюз начинает работать, когда для вашего проекта требуется конкретная продукция, которая может поставляться только оттуда, а она продается в долларах, евро или иенах. Шлюзы по сути такие же, как в системе расчетных мультивалют, когда вы хотите из зоны евро уйти в зону доллара и т. п.

В итоге инвестиции действительно могут производиться ресурсами, рабочим временем и т. д., посему если наладить их грамотный учет и обмен (шлюзование) с другими системами – деньги могут и не понадобиться.

Возможно ли это?

В мире уже действуют тысячи подобных систем. Их пользователи живут среди обычных людей, но люди из обычного мира либо ничего не знают о них, либо смотрят свысока. Однако пользователи всем довольны – у них есть своя валюта, в которой они не испытывают недостатка.

Речь идет о сообществах, известных под аббревиатурой LETS (Local Exchange Trading System). LETS-система работает предельно просто. Дженни нужно подстричь траву перед домом. Она просматривает местный бюллетень и обнаруживает, что такую услугу предлагает Билл. Она звонит Биллу и договаривается о цене – 30 «бобов». После того как газон подстрижен, Дженни звонит координатору (обычно это доброволец), который снимает 30 «бобов» с ее счета и зачисляет их на счет Билла. «Бобы» существуют только на бумаге, и никаких процентов ни за какие операции не взимается. В четко работающей системе сумма всех «бобов» должна равняться нулю (кто-то в минусе, кто-то в плюсе).

Чаще всего такие сообщества складываются в небольших городках (локальных сообществах), удаленных от центров, но есть они и в крупных городах. В Британии существует около 400 групп, во Франции более 300. В среднем у каждого сообщества сотня членов, но есть и гораздо более обширные сообщества. LETS действуют не только в Западной Европе, но и в Японии, Польше, Словакии. Даже в России есть «шаймуратики». Главе одного из сельхозпредприятий Башкирии удалось совершить экономическое чудо в отдельно взятой деревне. Бизнесмен из Шаймуратово придумал и ввел в обращение новую сельскую валюту – шаймуратики. Цветные бумажки, похожие на деньги, подстегнули товарооборот и повысили эффективность работы.