Читаем Крауч-энд полностью

Очень скоро она потеряла всякое ощущение направления; она обнаружила, что поездки в такси по Лондону действуют так расслабляюще. Город распростерся огромным муравейником, полным старинных названий, в которых звучали такие слова, как "дорога", "манеж", "холмы", "соборы" и даже "постоялые дворы", и ей было непонятно, как здесь можно проехать куда-либо. Когда вчера она сказала об этом Лонни, он ответил, что здесь можно очень точно проехать, куда нужно... разве она не заметила, что у всех под приборной панелью имеется аккуратно сложенный путеводитель по Лондону?

Это была их самая долгая поездка в такси. Позади осталась фешенебельная часть города (несмотря на упорное ощущение того, что они кружили по одному и тому же району). Они проехали через район массивных зданий, который казался совершенно безлюдным и не проявлял признаков жизни (хотя нет, поправила она себя, рассказывая свою историю Веттеру и Фарнхему в маленькой белой комнате, она видела маленького мальчика, сидевшего на краю тротуара и зажигавшего спички), потом через район небольших, более похожих на хижины магазинчиков, овощных палаток, а затем - неудивительно, что поездка по Лондону в автомобиле производила ощущение кружения казалось, что они снова въехали прямо в фешенебельную часть города.

- Там была даже закусочная "Макдональдс", - сказала она Веттеру и Фарнхему таким тоном, каким обычно говорят о сфинксах и висячих садах.

- Правда? - удивленно и почтительно спросил Веттер. Ей удалось многое вспомнить, и он не хотел нарушить это ее состояние, по крайней мере, пока она не рассказала им все, что могла.

Фешенебельный район с закусочной "Макдональдс" остался позади. Теперь солнце было похоже на круглый оранжевый мяч, который повис над горизонтом и заливал улицы странным прозрачным светом, однако лица всех прохожих были как бы в огне.

- Именно тогда все начало... меняться, - сказала она. Ее голос немного понизился. Руки опять задрожали.

Веттер наклонился вперед, поглощенный ее словами.

- Меняться? Как? Как все стало меняться, миссис Фриман?

Они проехали мимо витрины газетного киоска, вспомнила она, где на вывеске был заголовок "ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕЛОВЕК ИСЧЕЗЛИ В КОШМАРЕ МЕТРОПОЛИТЕНА".

- Лонни, посмотри на это!

- На что? - он повернулся, но газетный киоск был уже позади.

- Там было написано: "Шестьдесят человек исчезли в кошмаре метрополитена". Так здесь называют подземку?

- Да, - сказал Лонни, - метрополитеном или трубой. Там была авария?

- Не знаю, - она наклонилась вперед. - Водитель, вы не знаете, о чем это? В метро была авария?

- Столкновение, мэм? Не знаю.

- У вас есть радио?

- В машине нет, мэм.

- Лонни?

- Хм?

Но она видела, что Лонни стало неинтересно. Он вновь проверял свои карманы (а поскольку он был одет в костюм-тройку, у него было множество карманов, которые можно было проверить), еще раз пытаясь найти клочок бумаги с записанным на нем адресом Джона Сквейлза.

Сообщение, написанное мелом на специальной доске, снова и снова возникало у нее в голове. Оно должно было бы звучать так: "ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕЛОВЕК ПОГИБЛИ В АВАРИИ В МЕТРОПОЛИТЕНЕ". Должно было звучать так: "ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕЛОВЕК ПОГИБЛИ ПРИ СТОЛКНОВЕНИИ ПОЕЗДОВ МЕТРОПОЛИТЕНА". Но... ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕЛОВЕК ИСЧЕЗЛИ В КОШМАРЕ МЕТРОПОЛИТЕНА. Ей стало тревожно. Там не было сказано "погибли"... там было написано "исчезли"... как будто речь шла об утонувших в море матросах.

КОШМАР МЕТРОПОЛИТЕНА.

Ей это не нравилось. Это наводило ее на мысли о кладбищах, канализационных магистралях и бледных отвратительных существах, стаи которых неожиданно выходят из тоннелей метро, хватают своими руками (а, может быть, щупальцами) на перронах несчастных пассажиров, утаскивают их в темноту...

Они свернули направо. На углу около своих мотоциклов стояли трое парней в кожаных куртках. Они на мгновение взглянули на такси - диск заходящего солнца слепил лицо - казалось, что у мотоциклистов были не человеческие головы. В это мгновение она до тошноты была уверена, что над этими кожаными куртками были лоснящиеся, плоские и покатые крысиные головы, которые пристально смотрели на машину бусинками своих черных глаз. Потом освещение совсем немного изменилось, и она поняла, что, конечно, ошиблась; это всего лишь трое парней лет восемнадцати курили, стоя около британской разновидности американского кондитерского магазина.

- Ну, вот мы и приехали, - сказал Лонни, прекращая свои поиски и показывая рукой в окно. Они проезжали мимо надписи "Крауч-хилл-роуд". К ним приблизились старые кирпичные дома, похожие на сонных вдовствующих членов королевской фамилии; казалось, что они смотрят на такси пустыми глазницами своих окон. Мимо проехали несколько детей на велосипедах и мопедах. Двое других без заметных успехов пробовали прокатиться на скейтборде. Отцы семейств вышли после работы посидеть, покурить и поболтать, присматривая за детьми. Все это выглядело убедительно обыкновенным.