Ярда молчал. Мать ничего не узнала от сына. Только тогда, когда патер отдал ей несколько монеток — заработок Ярды — и побранил мальчика за нерадивость и гордыню, пани Катержина поняла все. Никакие уговоры и просьбы не могли заставить Ярду вернуться к патеру.

Летом, когда мальчиков отпустили на каникулы, пани Катержина поехала с детьми в родные места. В Ражицах они поселились у дальних родственников. Пани Катержина навестила ветхий домишко возле ражицкого рыбного пруда, где прошло ее детство. На месте старого дуба, непременного героя Ярешовых рассказов, рос маленький дубок. Пани Катержина вспомнила гибель огромного дерева во время страшной грозы и вдруг поняла, как много лет прошло с тех пор и как мало радости было в ее жизни.

На следующий день пани Катержина увезла детей в Мыдловары, к родственникам мужа.

Перед юными пражанами открылся новый мир — край их родителей. Деревенские радости захватили мальчиков — они собирали грибы и ягоды, играли с ребятами, жгли костры, пекли картошку, рассказывали друг другу страшные истории о водяных, русалках, привидениях и о таинственных происшествиях в пражском доме Фауста. Досыта наевшись картошки с кислым молоком и вдоволь наговорившись, дети засыпали у костра или на душистом сене. За лето братья окрепли и выросли. Мать радовалась, глядя на сыновей: теперь они будут меньше болеть. Поездка в деревню совершенно переменила Ярду. Он неохотно ходил в гимназию, потерял всякий интерес к учению и остался на второй год в четвертом классе. Еще недавно весь мир казался Ярде похожим на Прагу и ее предместья, а теперь он узнал другую жизнь и других людей. Новый мир властно звал его к себе, а он не хотел и не мог противиться этому зову.

Глава третья

В Ярде неожиданно пробудился дух деда-бунтаря. Когда начались раздоры между чехами и немцами, он целыми днями пропадал на улице. Поводом для травли чехов были статьи в немецких газетах о том, что чешские рабочие отказались стать на колени перед императором Францем-Иосифом I, когда тот возвращался в свой дворец, и освистали его. В ответ немцы сожгли несколько чешских домов в Жатце, Духцове и Мосте. Чехи не оставались в долгу — они колотили немцев, били стекла в их домах, срывали уличные таблички на немецком языке и разогнали буршей, маршировавших с Вацлавской площади на Пршикопы с песней «Вахт ам Райн». На Житной улице сооружались баррикады.

Учебные заведения закрылись, поговаривали о введении военного положения. Божка сидел дома, а Ярда куда-то исчез. Шитье валилось из рук, когда пани Катержина представляла своего любимца лежащим в луже крови или посаженным в полицейский участок.

Ярда вернулся домой веселый. Зная характер матери, он начал с того, что чмокнул ее в щеку. Мать поморщилась:

— Чем от тебя пахнет?

— Ничем… А, керосин! Я помог одному старичку нести бутыль…

Мать поняла, что пахнет не столько керосином, сколько враньем. Она велела ему хорошенько вымыться и идти к столу. Ярда повиновался. Пани Катержина снова принялась за работу, но с кухни, куда ушел Ярда, донеслось приглушенное хихиканье Божки и Манки. Что он им рассказывает?

Пани Катержина вошла на кухню. Воцарилось молчание. Ярда как ни в чем не бывало ел жареные почки и нахваливал их.

Выбрав минуту, когда Манка осталась на кухне одна, мать спросила:

— Над чем вы тут смеялись?

— Ярда рассказывал нам, как чешские студенты колотили буршей.

Утром, после завтрака, Ярда как всегда пошел в переднюю.

— Никуда не ходи! — строго сказала мать. — В городе неспокойно.

— Пан учитель Гансгирг велел мне принести из магазина Гафнера материалы для школьной коллекции. Вот счет, по нему уже уплачено.

Имя Гансгирга, как Ярда и ожидал, подействовало. Пани Катержина знала, что этот учитель хорошо относится к Ярде. Занимаясь у него, Ярда увлекся минералогией. Кто знает, может быть, это его призвание. Она колебалась, и Ярда воспользовался этим:

— Я не могу обмануть пана Гансгирга.

Ярда поцеловал мать и выбежал на улицу, на ходу застегивая пальто. Запах керосина напомнил ему вчерашний день. Он не солгал матери, что помог старичку нести керосин, но скрыл — куда. А как запылал от этого керосина забор роскошной усадьбы немца Плешнера! Старичок не остался в долгу: привел Ярду в свой трактир, угостил сосисками, кнедликами, черным пивом и хлопал Ярду по плечу, довольный тем, что Ярда — истый чех, патриот.

До магазина учебных пособий в Вршовицах Ярда добрался без приключений. Пан Гафнер скучал: покупателей не было, и приход Ярды обрадовал его. Они долго рассматривали минералы в магазине, потом Ярда рассовал по карманам образцы для Гансгирга и простился с хозяином.