Читаем Красная перчатка полностью

— Эк вас угораздило… — Старик сокрушенно покачал головой. — Это гораздо хуже, нежели святая инквизиция. Теперь его отец, Хинрик Пап, спустит на вас всех собак. А у него связи везде. По суше вам точно не уйти… Остается море.

— Ну и отлично!

— Отлично, да не совсем. Порт тоже будет под жестким контролем. Да, это сложный вопрос… — старик задумался.

Вышеня ждал, что он предложит, с душевным трепетом. Наконец Кордт глубоко вздохнул, еще раз сокрушенно покачал головой и молвил:

— Придется вам, мессир, и вашим друзьям какое-то время отсидеться у меня. Пока в городе не утихнут страсти. А потом мы найдем нужное решение.

— Но ведь к вам могут прийти!

— Могут. И я даже уверен, что придут. Но это не беда. У меня есть хороший тайник… правда, он немного тесноват для троих, но лучше временные неудобства в глухой каморке, нежели посреди вольного простора болтаться на виселице.

— А как те двое? — Вышеня кивком головы указал на дверь. — Ведь они скоро узнают, кто я и зачем явился.

— Считайте, что они уже все забыли, — твердо ответил Кордт.

— Сомневаюсь. Я уверен, что бургомистр — и не только он (тут Вышеня вспомнил про Зимана) — назначит за мою голову солидную сумму. Выдержат ли ваши парни такой большой искус?

— Во-первых, тайник им неизвестен, а во-вторых… — Старик невесело улыбнулся. — Во-вторых, предательство будет стоить им головы. И они это знают. На худой конец, я как-нибудь отбрешусь. Мало ли по какой причине могли заявиться ко мне чужестранцы. Меня никто не тронет. Уж поверьте.

— Что ж, хотелось бы верить.

— Сейчас вам придется уйти и пересидеть где-нибудь в кустах, неподалеку отсюда, а спустя какое-то время, когда мои парни уйдут, я подам знак — посвищу, и вы вернетесь…

Тайник Кордта оказался подземным складом контрабандного товара. «Так вот почему Ламбер сказал, что старик не шибко нуждается в деньгах!», — подумал Вышеня, рассматривая мешки, тюки и бочки. Убежище и впрямь было тесноватым, но никуда не денешься — ради сохранения жизни можно вытерпеть все, что угодно.

— А старичок-то твой оказался с двойным дном, — весело прокомментировал ситуацию вагант. — И товар здесь недешевый: нидерландское сукно — это контрабанда. А янтарь в бочках, тюки с мехами и любекской кожей «кордуан» (очень ценный товар, между прочим), похоже, ждут не дождутся, когда их тайком погрузят на судно и тихо отправят куда требуется, здорово сэкономив на таможенных пошлинах. Ловко!

— До этого нам нет никакого дела, — угрюмо сказал Истома и нервно вздрогнул.

Взращенный на вольном просторе, он очень не любил замкнутые пространства, и подземелье сильно его угнетало. Склад старика казался Истоме гробом, откуда ему уже никогда не выбраться. Несмотря на заверения боярина, что опасаться нечего, ситуация, в которую они попали, казалась ему западней. «Лучше погибнуть на свободе, нежели в этой яме, — брюзжал он. — Нас загнали сюда, как крыс в ловушку, того и гляди кипятком ошпарят…».

В голове Вышени тоже бродили разные нехорошие мысли. Можно ли доверять Кордту? Мессир Джеральд далеко, а любекская городская стража вон она, рукой подать. Даже Гартвиг Витте не поможет — он просто не знает, где находится беглый рыцарь Готье де Брисэй. А дать знак ему, послать гонца, чтобы он передал ростовщику письмо, Вышеня не мог, не имел права. Если гонца перехватят, то пострадает не только Гартвиг Витте, но и тамплиеры, скрывающиеся от инквизиции. Этого уж точно допустить нельзя ни в коем случае.

Что касается Клауса Тойнбурга, то ему все было нипочем. Он спал, как сурок — и ночью, и днем, пребывая в полной уверенности, что его приятель-рыцарь обязательно найдет выход из создавшегося положения. Вагант пребывал в восхищении, оказавшись в безопасном подземелье. Особенно понравилось ему то, как оказался замаскирован тайник. Кордт проделал какие-то манипуляции со своим массивным ложем, и оно легко сдвинулось с места (само!), открыв люк в полу. Но еще больше пришлось ему по душе, что Кордт кормил и поил их, как на убой. У беглецов всегда имелось и мясо, и рыба, и свежий хлеб, а главное — доброе вино и пиво.

Вышеня сразу, без лишних разговоров, достал свой кошелек и отсчитал старику ровно половину золотых, которые в нем находились, — за услугу. Кордт улыбнулся, увидев стопку монет на столе, но ничего не сказал, лишь одобрительно кивнул головой.

Им пришлось сидеть в подземном убежище около двух недель. Все это время старик приносил неутешительные новости — рыцаря Готье де Брисэя искали везде, на море и на суше. Во все города Ганзейского союза были направлены гонцы с описанием его внешности, так что бежать требовалось подальше от Балтики.