Он торопливо стягивал с нее ночную рубашку, а она с горькой нежностью гладила его темные кудри. Конечно, она его прощает, не может не простить, но почему, почему он верит матери, Росарии, кому угодно, но только не ей?! С этими мыслями она и уснула, а утром ее разбудил нежный поцелуй Джанкарло, уже одетого, как всегда, элегантного и блестящего.

— Доброе утро, carissima! Я уезжаю в Рим на пару дней, но не могу этого сделать, не поцеловав свою девочку-жену. Обещай, что будешь вести себя хорошо? Я позвоню вечером.

Прежде, чем Джилли смогла вымолвить хоть слово, ее красавец-муж ушел, наградив жену на прощание горячим и страстным поцелуем.

8

Ничего не изменилось, печально констатировала Джилли на следующее утро, спускаясь в холл. Альдо позвал ее к телефону.

Звонила Черри Кавалли. Джилли обрадовалась этому звонку а еще больше — приглашению Черри пообедать вместе и пройтись по магазинам. Она предупредила Анжелу, что уезжает, села за руль и почувствовала, что настроение становится все лучше и лучше.

Черри встретила ее в том самом саду, где они с Джанкарло познакомились этим летом, и воспоминания вызвали улыбку на бледном личике Джилли. Домой она возвращалась около семи вечера, нагруженная покупками, в основном для будущего ребенка. Впервые потратив деньги с собственного счета, причем умопомрачительную сумму, она немного волновалась, не рассердится ли Джанкарло, когда узнает об этом.

Фары встречного автомобиля ослепили Джилли, и она резко нажала на тормоз. Ремень безопасности врезался в живот, причиняя резкую боль, однако спас ее от удара об стекло, Джилли остановилась. Во рту было сухо, сердце бешено колотилось в груди, и ей потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться, прийти в себя и доехать до дома.

Уже подъезжая к Каза дель Пьетро, она почувствовала себя совсем плохо, поспешно, хотя и с трудом поднялась к себе, зашла в ванную — и худшие подозрения подтвердились: у нее началось кровотечение.

Держась за стены, Джилли вышла из ванной, дрожащим голосом попросила Анну вызвать врача, и уже через несколько минут Анжела хлопотала вокруг нее, помогая раздеться и лечь в постель. Следующие несколько часов Джилли помнила смутно, и эти воспоминания больше напоминали ночной кошмар. Доктор Крезо приехал довольно быстро, внимательно осмотрел ее и приказал не двигаться. На первый взгляд ребенок не пострадал, но наверняка ничего сказать было нельзя. Доктор прописал строжайший постельный режим и обещал заезжать каждый день.

— Идиотка! Несчастная и упрямая идиотка, вот ты кто!

Джилли медленно приоткрыла глаза. Ее муж, словно разгневанный античный бог, метался по комнате и сыпал проклятиями. Джилли вздохнула и прошептала:

— Ты вернулся…

— Вернулся? О да, я вернулся! Я бросил важнейшие переговоры и прилетел на вертолете. А как я должен был поступить, узнав, что ты едва не угробила нашего ребенка и саму себя? Ты сумасшедшая или просто дура?! Какого дьявола тебя понесло в Десенцано, ведь Росария говорила тебе, что не надо этого делать! С собой решила покончить?!

Джилли горько улыбнулась.

— Я тоже очень рада тебя видеть, любимый.

Росария, опять Росария. Впрочем, это уже не удивляет и даже не возмущает. Ну их всех, ей нужны силы — для себя и для ребёнка. Джанкарло тактичен, как носорог, если полагает, что таким оригинальным образом заботится о ней.

— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!

Джилли с трудом сдерживала слезы, и Джанкарло наконец опомнился. Что он делает! Она испугана, она плачет, а он никогда не видел ее плачущей. Теперь его голос дрожал, смуглое лицо стало серым от испуга и стыда.

— Джилли, ради Бога…

В комнату вошла Анжела и набросилась на сына:

— Джанкарло, ты так кричишь, что слуги все слышат!

Величественная графиня присела рядом с Джилли и неожиданно ласково погладила ее по голове.

— Не обращай на него внимания, девочка, он сам не знает, что говорит. Тебе надо поспать — и ни в коем случае не нервничать, это может повредить и малышу, и тебе. А ты, мой дорогой, отправляйся вниз, выпей чего-нибудь и постарайся успокоиться!

Эта неожиданная поддержка так изумила Джилли, что она не могла произнести ни слова в ответ. Джанкарло смущенно и умоляюще смотрел на нее, но она отвернулась, не в силах выносить его присутствие.

Несчастный случай сильно потряс Джилли и многое изменил. Она поняла, как близка была к тому, чтобы потерять свое дитя. Джанкарло извинился перед ней на следующее утро, но она больше не верила его словам. Доктор прописал ей полный покой — вот она и будет отдыхать, спать и есть, а все волнения постарается отложить на потом. Муж целовал ее руки, заглядывал в глаза, а затем тихо сказал, что доктор Крезо рекомендовал им полностью воздерживаться от секса до рождения ребенка. Джилли сама удивилась безразличию, с которым восприняла это известие, а также предложение Джанкарло перебраться в другую спальню, чтобы не беспокоить ее.